Тамаре был не знаком такой тип людей, который видит в жизни только позитив и даже в пересоленном омлете и пережаренном беконе видел кулинарное произведение искусства. Она даже не воспринимала таких людей, считая наивными. Ведь так не бывает. Если это плохо, то это плохо и не нужно из дерьма пытаться сделать шоколадку. Это, как в случае с ведром – из-за трещины оно наполовину пустое.

– Спасибо можно сказать и без имени. – ответила девушка, отпивая кофе.

– Хорошо. Спасибо тебе прекраснейшая нимфа за то, что не обошла стороной голодного путника и не дала умереть самой жуткой смертью! – затараторил.

Тамара вскинула одну бровь, пытаясь понять степень сумасшествия парня.

– Ты обдолбанный? – резко спросила девушка, прерывая его монолог.

Парень запнулся и смутился, а потом взглядом обиженного щенка посмотрел на нее.

– Почему, если человек искренне благодарит тебя и желает тебе добра без-воз-мезд-но, то он сразу обдолбан?

– Потому что просто так добра не желают. Так не бывает. Открою тебе страшную правду: жизнь жестока. – ответила она, поднимаясь из-за стола.

– Значит, ты еще не знаешь, что такое нормальная жизнь. – ответил он, доставая деньги из кошелька.

– Это значит, что ты не вышел из мира сказок. – ответила она, забирая тарелки и деньги.

Пока Тамара мыла посуду, она искренне надеялась, что странный надоедливый чудак уйдет и она успешно забудет об этом происшествии. Но, к огромному ее разочарованию парень никуда не делся. Он сидел на том же месте и внимательно разглядывал все, на что натыкался его взгляд.

Она взглянула на часы и прошипела от досады: девять утра. Теперь он мог сидеть здесь столько, сколько ему хотелось.

Дверь звякнула. Вошла Клеопатра. Она окинула оценивающим взглядом посетителя, но не рассмотрев в нем прибыльного клиента, быстро отвернулась, направляясь в сторону кухни.

– Этого можешь оставить себе. – бросила она.

– Мне все равно, кто. Только бы платил. – ответила Тамара.

– Лучше бы забирала всех пенсионеров. Потому что я уже задолбалась приводить их засохшие дрючки в рабочее состояние.

– Они сами тебя выбирают, видимо, потому что ты напоминаешь им их первую любовь. Или последнюю. Что-то ты неважно выглядишь в последнее время. Может, подтяжку сделаешь? – съязвила Тамара, протирая тарелку полотенцем.

Брюнетка вспылила.

– Ты, гребная сука! Давно пора вышвырнуть тебя отсюда! – рыкнула она.

– Никак не можешь надавить на мадам Монро? Быстрее ты улетишь отсюда, потому что на тебя спрос все падает. И при взгляде на тебя у клиентов тоже все падает.

Клеопатра без предупреждения схватила ее за волосы и с немалой силой ударила об умывальник. Резкая боль и железный привкус крови во рту.

– Чтоб ты сдохла! – кричала Клео.

Пинок по ребрам выбил весь воздух из легких. Клеопатра мертвой хваткой уцепившись в волосы девушке, подняла ее с пола и окунула лицом в грязную воду с обмылками. Легкие рвало на части от нехватки воздуха. А рука все не отпускала. Тамара отчаянно сопротивлялась, но ничего не получалось. А потом, когда сил терпеть уже не было, она вздохнула и вода хлынула в нос, заполняя легкие.

– Что вы делаете? – грозно прозвучал голос мадам Монро.

Рука тут же вытащила Тамару из воды. Она начала судорожно кашлять, выплевывая воду. Прозвучал звук пощечины. Щеку Клео украшал красный отпечаток пятерни.

– Ах ты мелкая дрянь! Это еще что за выходки?

– Эта стерва первая начала! – крикнула та в свое оправдание.

Это оправдание больше годилось для детей в песочнице, что бы выяснить, кто кого первый осыпал песком.

– Да мне начхать, кто первый начал! Я уже устала терпеть твои выходки! Никакого выходного.

Нотка радости скользнула у Тамары в голове.

– Для обоих. Я не собираюсь разбираться, кто из вас прав, а кто нет. – гаркнула мадам Монро и вышла.

Клеопатра тут же оглянулась и с ненавистью посмотрела на девушку.

– Не думай, что я тебе так просто это оставлю. – процедила она сквозь зубы.

Тамара и не сомневалась. Клеопатра запросто могла подпоить ее чем-то и подложить под троих мужчин сразу. Такое уже случалось. Клео подсыпала ей снотворное и впустила троих клиентов, которые имели ее, как хотели. А деньги забрала себе. Фантазия у этой девушки была жестокая и извращенная. Она могла устроить и не такое.

Посмотрев в зеркало, она обнаружила разбитую голову и губу. Жутко все болело. Кое-как отмыв кровь, Тамара пошла к мадам Монро, что бы отпроситься. Та недовольно смотрела на нее несколько минут, но, потом все же сжалилась и позволила уйти в номер.

– Я вычту это из твоей зарплаты. – напоследок сказала она.

Девушка заскрипела зубами и отправилась в свой номер. Войдя в комнату, она рухнула на диван, случайно сбив ногой бутылку с пивом. Оно пролилось на пол.

Кто-то постучал в дверь.