Второй агент проделал ту же процедуру – одной рукой пожал мне руку, одновременно второй демонстрируя удостоверение. Надо же, как спелись эти двое. И похожи, как братья. Один, правда, явно старше другого, но у обоих волнистые светлые волосы и ясные голубые глаза, которые в любой другой ситуации не показались бы мне такими жуткими, как сейчас.

– Я агент Фостер, - сказал первый, - а это специальный агент Пауэрс. Мы расследуем исчезновение Мими Джейкобс.

Как только он упомянул Мими, Куки опрокинула подставку для карандашей. И все бы ничего, не попытайся она подхватить подставку, сбив в процессе лампу со стола. Пока карандаши и остальные канцтовары катались по столу, лампа с треском ударилась о переднюю стенку стола, когда Куки остановила ее полет на полпути от пола, дернув за шнур. Отреагировав на звук, она потянула сильнее, лампа подпрыгнула и вписалась в заднюю часть монитора, по пути сбив керамическую собачку, которую Эмбер подарила Куки на Рождество.

Никто ничего и не заметил, правда?

После пятиминутного трейлера к фильму «Молодые и склонные к несчастным случаям» (все, теперь я месяцами буду смеяться до слез, вспоминая об этом), я повернулась к гостям.

– Пройдемте ко мне в кабинет?

– Разумеется, - ответил агент Фостер, глядя на Куки так, будто ей давно пора в заведение с мягкими стенами.

Показывая дорогу, я исподтишка бросила на нее свой лучший взгляд из категории скептических. Она опустила глаза. К счастью, керамическая псина упала в мусорную корзину на стопку бумаг и не разбилась. Куки вытащила фигурку, тщательно стараясь никуда больше не смотреть.

Гости устроились напротив моего стола.

– Мне очень жаль, но не думаю, что когда-либо слышала имя Мими Джейкобс, - сказала я, наливая себе кофе.

Куки спец по свежему кофе и теплым объятиям. Или по теплому кофе и свежим объятиям. Как по мне, и так, и так замечательно.

– Вы уверены? – спросил Фостер.

Похоже, он из молодых и задиристых. Не самый мой любимый тип, но я приложила максимум усилий, чтобы не зацикливаться на первом впечатлении.

– Она исчезла почти неделю назад, - продолжал Фостер, - и единственное, что нашли у нее на столе, – это блокнот, в котором записаны ваше имя и номер.

Наверное, Мими записала их, когда говорила с Куки. Помешивая кофе, я повернулась к гостям. Глаза мои были невинными, как у лани.

– Если Мими Джейкобс пропала почти неделю назад, почему вы пришли ко мне только сейчас?

Тот, что постарше, Пауэрс, тут же взбесился. Наверное, потому, что я ответила вопросом на вопрос. Он определенно привык на свои вопросы получать ответы. Глупый кролик.

– Мы не придавали записи в блокноте большого значения, пока не выяснили, что вы частный детектив. Подумали, что она могла вас нанять.

– Для чего? – забросила я удочку.

Пауэрс поерзал на своем стуле.

– Мы пришли, чтобы это выяснить.

– Так у нее были проблемы? Может быть, в компании, на которую она работала?

Мужчины переглянулись. В любой другой ситуации я бы уже вопила «Эврика!», но сейчас чувствовала себя так, будто только что преподнесла им на блюдечке с голубой каемочкой идеального козла отпущения. Им определенно было известно больше, чем они собирались мне рассказать. То есть вряд ли они вообще собирались что-то рассказывать.

– Мы уже рассмотрели этот вариант, мисс Дэвидсон, и будем благодарны, если эта информация останется между нами.

Значит, дело не в компании. Одна возможность отпала, на повестке дня – еще двадцать семь тысяч.

Видимо, удовлетворив свое любопытство, оба встали. Фостер вручил мне свою визитку.

– Мы вынуждены настаивать, чтобы вы связались с нами, если она попытается как-то на вас выйти. – В его голосе звучал слабый намек на угрозу.

– Разумеется, - ответила я, пытаясь не рассмеяться, пока провожала их из кабинета. У двери, отделявшей вотчину Куки от моей, я остановилась. – Мне жаль, что не могу быть вам полезной, и что вам приходится сейчас уйти.

Фостер натужно откашлялся, потому что я все еще не открывала дверь.

– Ладно, хорошо. Мы с вами свяжемся, если нам понадобится что-нибудь еще.

Пока они торчали у меня за спиной, я взялась за ручку, повернула ее, потрясла немного и только потом открыла дверь. Куки что-то увлеченно печатала на компьютере. Но я-то знаю, что весь разговор она слушала через включенный интерком.

– Мисс Дэвидсон, - попрощался Фостер и коснулся невидимой шляпы, проходя мимо.

Когда агенты ушли, Куки обрушила на меня всю силу своего гнева:

– Дверная ручка? Очень тонкий намек.

– А сама-то? Мисс Грация! Не соблаговолите ли свалить что-нибудь еще?

Куки съежилась от воспоминания.

– Как думаешь, они что-то подозревают?

Сразу куча вариантов ответа пришла на ум: «Понятное дело!», «И ты заметила?», «Только если они не полные идиоты». Вместо этого я ответила просто:

– Да.

И отсутствие интонации в моем голосе должно было прозрачно намекать на все выше указанное.

– Но разве не должны мы сотрудничать с ними, вместо того чтобы дружить против них? – спросила она.