– Это бессмысленно, - донеслись до него слова Летти Ревелл, - я сама во всём виновата. Теперь никому ничего не докажешь. Во всем обвинят меня, только и всего.

– Да, - еле слышно произнесла мисс Хэдфилд, - вам нужно было быть осторожнее.

– Тогда мне казалось, что я всё делаю правильно, а теперь ничего не исправишь, - вздохнула Летиция.
– Я могу надеяться только на отъезд.

– Мне хуже, - бесстрастно заметила мисс Хэдфилд, - я не могу уехать.

Девицы повернули в боковую аллею.

Донован вздохнул и направился к себе, по пути размышляя об услышанном. Он снова ничего не понимал и решил заняться витражами, надеясь, что работа отвлечет его. Тут, однако, в прихожей раздались шум шагов и вскрик миссис Голди, потом на пороге возник доктор Мэддокс - с наполовину забинтованной головой. Донован испуганно встал.

– Мистер Мэддокс, что случилось?

Тот отмахнулся, сказав, что это неважно, потом вяло пояснил.

– Сегодняшней ночью мы с моим слугой взяли оружие и потайной фонарь и проникли в подвал Кэндлвик-хаус. Я рассудил, что в день похорон все будут заняты...

– Но что с вашей головой? На вас напали?

Мэддокс покачал головой и поправил бинты.

– Нет, я просто был неосторожен.

– А что вы хотели найти в подвале?
– в голосе Донована было не столько любопытство, сколько усталая пытливость следователя.

– Я говорил вам, что когда погибла мисс Кэтрин, тело осматривал я. Мое внимание привлекли её глаза. Я предположил, что девица либо была больна, либо... ну, что я подумал, не так и важно. Я попросил вас выяснить этот вопрос, и вы узнали от мисс Энн Хэдфилд, что мисс Кэтрин Ревелл и вправду болела простудой. Но глаза у мисс Шарлотт тоже были странны.

– Странны?

– Да, я видел ее раньше в Кэндлвик-хаус. Её глаза не реагировали на свет. Я и подумал, что тому может быть одно объяснение. Вы сказали, что, по вашему мнению, мой коллега доктор Бреннан - хороший и весьма компетентный врач. Это я и сам знаю. А сегодня я в этом убедился.
– Мэддокс усмехнулся, - в подвале под правым крылом мы нашли небольшую лабораторию, кстати, неплохо оснащенную: реторты, колбы, спиртовки, микроскоп... Вход заделан стальной дверью и решеткой, войти мы не смогли, разглядел я все через щель, а лестница уводила вверх, как я понял, в апартаменты самого мистера Джозефа Бреннана.

– Вы хотите сказать, - спросил потрясённый Донован, - что Джозеф - наркоман? И что он... сделал наркоманками племянниц?

– Я хочу сказать только то, что сказал. Вчера я имел случай побеседовать с мисс Летицией Ревелл. Я расспрашивал её о сестре, но успел рассмотреть её самоё. Её глаза в нормальном состоянии, они реагируют на свет. У самого мистера Джозефа тоже с глазами все в порядке. Он вовсе не наркоман.

Донован на минуту замер. Какое-то воспоминание пулей пронеслось в голове.

– Господи... Я же видел...
– он растерянно умолк, пытаясь собрать воедино разбегающиеся мысли.
– У мисс Кэтрин Ревелл! Я же еще и удивился, просто не осмыслил как-то, - виновато бросил он, - у неё были светлые волосы и чёрные глаза! А у Летти и Шарлотт - голубые. Но я же никогда не видел белокурых женщин с чёрными глазами! А она сидела за столом напротив подсвечника - а зрачки не уменьшались. А когда она погибла, и полицейский нажал на глазное яблоко - зрачок стал овальным и я заметил голубую радужную! У неё были не чёрные глаза, а расширившиеся зрачки. Я слепец...

– Вы просто не думали об этом.

– Но как теперь быть? Можно ли предъявить Джозефу обвинение?

Мэддокс пожал плечами.

– В чём? Он использовал какую-то свою наркотическую смесь, но подобные препараты продаются в аптеках и употребляется в медицине. Если можно было доказать, что он использовал нечто, чтобы совратить девушку, - врач вздохнул, - но она мертва, и мы ничего не сможем доказать. Странно и то, что мисс Летти - девица здоровая, притом... как я понял, неглупая и весьма развращенная. Куда более сестриц.

– Я сегодня видел, как Летиция прогуливалась с мисс Энн Хэдфилд в парке. Она говорила, что сделала какую-то глупость и ей лучше уехать.

– У меня ощущение, что все, кто попадают в дом Бреннанов, делают глупости,- проворчал Мэддокс, - и вам бы я тоже посоветовал держать ухо востро.

– А чем, вы думаете, занимается в своей лаборатории Джозеф, мистер Мэддокс?
– голос Донована неожиданно сел, показался ему самому глухим и хриплым.

– Могу лишь предположить, что чем-то весьма не безобидным, иначе, зачем прятать свои опыты так глубоко под землю? Satan finds some mischief still for idle hands to do... (1)А что думаете вы сами, мистер Донован?