Дуэйн принес мне бургер с мак сыром.

Я поднял голову, кода Сиенна вошла в гостиную из кухни.

Она одета

в другую пару леггинс и мешковатую футболку. Без макияжа, а волосы собраны в хвост. Если

в этом состоял ее план, не произвести на меня впечатление, то она плохо меня знает. Потому что

она выглядела комфортно, чисто и адски сексуально

– Он тебя рассекретит, - сказала Сиенна, улыбнувшись Мики, прежде, чем посмотреть на меня.

Она улыбка была застенчиво, она выглядела, как женщина, которая хотела чего-то большего. Дерьмо! Дерьмо!

Дерьмо! Я же сказал ей, что мы останемся просто друзьями. То, что сделала ничего не меняет.

– Хм, вы двое можете пройти на кухню и поесть. Я уже поел, и собираюсь немного понежиться в

ванне. Наслаждайтесь.

Или нет. Она убегала. Я не хочу, чтобы она убегала. Я хочу услышать ее смех и видеть,

как ее глаза загораются. Также, я хотел сам заставлять ее улыбку. И видеть, как она ест. Черт побери.

– Ты не любишь бургеры?
– спросил я, пытаясь таким способом заставить ее остаться.

– Любит, - вмешался Мика.

– Я взял тебе лучший, - сказал я ей.

Выглядела она, будто боролась с желанием остаться. Это потому, что она не могла смотреть на меня? Я

не хотел этого. Я хотел, чтобы ей было удобно со мной.

– Мамочка, ты съела лишь пару кренделей с арахисовым маслом.

Малыш сдал ее. Что было весьма забавно и заставило меня действовать.

– Ты не должна съесть все, хотя бы что-то. Я знаю, ты не ешь много.

Мика посмотрел на меня и нахмурился.
– Ест, конечно ест! Я много не ест из-за меня. Обычно она

ест целый бургер, картошку фри и кусок пирога.

Тогда почему она не брала тогда пиццу? Это и вправду из-за моего нелепого комментария?

Я же исправился уже. Черт, после прошлой ночи с этом не должно было возникнуть проблем.

– Нужно сохранить твои изгибы. Будет позорно, если они исчезнут, - сказал я ей.

– Какие изгибы?
– спроси Мики.

Ее глаза расширились. Она посмотрела на пакет в моих рука и вздохнула, а затем улыбнулась.

– Хорошо. Я съем. Аппетитно пахнет.

Победа.

Мика стал рассказывать о своем дне в школе, а я неистово пытался слушать его, а не сосредоточивать внимание

на его матери, сидящей напротив меня и поглощающей свой бургер, будто он вкуснее всего того, что она когда-либо

клала в рот. Она явно не наедается тем, что кушает. Ненавижу мысль,

что она отказалась от пиццы той ночью и была голодна.

И все это из-за моего нелепого комментария маме.

– Мама Ти говорила, что я мог бы как-то прийти к нем и остаться на ночь. Мы

возвращались из школы в пятницу и Мама Ти сказала, что я могу остаться у них, если не хочу оставаться на продленке. В доме

Мамы Ти и дедушки Дуэйна интереснее.

– Интереснее, - поправила его Сиенна.

– Да, интереснее, так что я подумал, может я могу остаться у них завтра? Я говорил маме, но она сказала,

что сначала ей нужно обсудить это с Мамой Ти.

Я даже не сомневался, мама заберет к себе Мику любое время, лишь бы он только пожелал. Папа тоже. Когда Мика

назвал его - дедушка Дэйв однажды, ему пришлось покинуть комнату, потому что чувства взяли вверх. Мой

папа не был плаксой. Я не привык видеть его настолько эмоциональным. Еще раз это

заставило меня почувствовать, что я обязан Сиенне Рой миром. Она оставалась одна и ей было страшно, но она все-равно оставила ребенка Дастин,

и стала сказочной матерью. Все сама. Мика стал исцелением, которое, думаю,

мои родители не обрили бы никогда.

И все благодаря одной молодая девушка, которая осталась достаточно храброй, чтобы стать матерью

и остаться без поддержки семьи.

Мои грудь заболела, и вдруг возникла какая-то тяжесть. Я доджен оберегать эту женщину.

Даже если и придется защищать ее от меня. Я хочу, чтобы в ее жизни было только одно счастье. Она это заслуживала.

Больше кого-либо, я знал, что Сиенна заслуживает всего самого лучшего на всем белом свете.

А я не самое лучшее.

– И я уверен, что мама может пойти на другую свидание с мистером Доджем.

Комментарий Мики заставил

меня вынырнуть меня из моих мыслей.