Мне нужна чертова сигарета. Почему это дерьмо убивает тебя?

Бросать

пить, как-то намного проще.

Я не могу сделать это дерьмо. Она мать Мики. Она не была одной из тех, с кем я трахаюсь, чтобы поразвлечься

и ухожу.

А после сегодняшнего, я не уверен, что трахнув ее, я смог бы уйти.

Черт побери, не иметь

возможности снова посмаковать ее - убивает меня. Неудивительно, что мой брат сдвинулся на ней. Черт! Я не смог

контролировать свои мозги, находясь у нее между ног. Эта женщина заставит

любого мужчину погибнуть.

Дастин хотел осчастливить Сиенну, заботиться о ней. Он хотел, чтобы у нее была жизнь, о которой она

мечтает. Он не пожелал бы ее старшего брата, который наворотил целую охапку ошибок, не подвластную обычному

человеку. Черт, я поставил ей синяк. Как, блядь, я теперь смогу оберегать ее?

Я не притронусь к спиртному больше

никогда. Я справлюсь. Это дерьмо сделал я, и я не притронусь к нему.

Сиенна и Мика превратят

меня в паршивого Папу Римского.

Мики заслужил такого человека в своей жизни, который смотрел бы в оба. Я буду дядей, который бы души не чаял в нем и

заставлял чувствовать его любимым, но в действительности, я не выглядел так. Я не тот парень. И никогда не был,

никогда не стану достаточно хорош для Сиенна Рой и моего племянника. Ей нужен мужчина, который будет только с ней.

Тот, кому не нужно что-то попроще, не нужно простое траханье. Мики нужен стабильный дядя. Тот, кто был бы хорошим образцом для

подражания. Тот, кто не навредит его маме, черт побери. Ублюдок! Я хотел надрать свой собственный зад. Мое желудок

тут же свело от вида синей руки Сиенны. Я сделал это с ней. Я бесполезный кусок дерьма, и знаю,

что не достоин целовать ее сладкие губы.

Но потом я поцеловал ее. Какого черта! Какого рода сигнал я хотел передать? Не хороший. Естественно, она

знает, что я не для нее. Я вообще не для кого. Я поговорю с Сиенной и извинюсь. Она должна

понять, что я не тот в ком она нуждается. Я не тем самым. Я отдамся полностью для них, буду

ее другом, я буду заботиться о них всеми доступными мне способами.

Стук в окно напугал меня, я обернулся и увидел Маркуса Харди с кислой миной. Я припарковался

возле дома, но не вылез из машины. Я открыл дверь и вышел из

грузовика.

– Что это было?
– спросил Маркус.

– Что?
– спросил я, как в ни в чем не бывало.

Маркус приподнял бровь.

– О, даже не знаю. Может быть, рычание, ругань и побоище

ни в чем неповинного руля.

Дерьмо. Он все видел.

– Ничего, - ответил я, направляясь в дом. Я знал, что Маркус направится вслед за мной.

– Престон говорит, что Сиенна вернулась и у нее малыш.

Дерьмо. Престон молотит языком похуже бабы.

Я кивнул и вынул ключ, чтобы открыть дверь в дом.

– Это малыш Дастина, правда?
– сказал Маркус, входя в дом сразу же за мной.

Маркус будет вести

разговор сам с собой, пока я не заговорю. Он не остановился бы. Это был бы не Маркус. Он упертый,

как баран.

– Да. Мика мой племянник.

Маркус кивнул и удобно устроился на диване.

– Она все усложняет? Насколько я помню, ты проявлял к ней немало интереса

тем днем. Тебя отправили в альтернативную школу в течение месяца, после того момента выбивания дерьма из того парнишки,

который загнал ее в угол коридора и лапал ее, а она все пыталась оттолкнуть его.

Сломал малышу

нос.

Альтернативная школа - дерьмо собачье. Она предназначена для преступников, которые так конкретно облажались,

что их вытурили из обычной школы и отправляли в место, типа учебного лагеря. К счастью были очевидцы,

которые ручались, что парнишка неподобающе вел себя с Сиенной и пару раз замахнулся на меня.

Один раз он попал и оставил мне синяк под глазом, так что это не была полностью моя вина. Он отправился

в альтернативную школу с разбитым носом.

– Она была совсем ребенком. Она нуждалась в ком-то, кто заступится за нее. Она чертовски симпатична, это для ее же блага.

Маркус испустил смешок.

– Она была более чем симпатична, с того, что я помню -

она принадлежала Дастину. Ну, так ты всегда говорил. Хотя и Дастин решил игнорировать ее в течении нескольких недель, пока он наконец не увидел,