– Ты можешь одеть меня во все, что только пожелаешь.

– Тогда я вам не нужна?

Он медленно качает головой из стороны в сторону, и улыбка постепенно расплывается по его лицу, от чего этот мужчина выглядит так неотразимо и опасно, что моя грудь сжимается.

– Не для подбора костюма. Я хотел быть с тобой.

В тоне его голоса таится так много подтекстов, что полное значение его слов буквально поражает меня, от чего крошечные волоски на моих руках встают дыбом.

– Я не такая, - говорю я.

Одна из темных бровей Лукаса взлетает вверх.

– Не какая?
– спрашивает он, идеально имитируя мой южный акцент, что должно было бы меня раздражать, но вместо этого вызывает трепет в нервных окончаниях по всему моему телу.

– Я не сплю с людьми, которых не знаю.

Он ухмыляется.

– Что? Никаких связей на одну ночь?
– спрашивает он, и еще раз я слышу слова его песни у себя в голове. Так как я не отвечаю ему немедленно, и никак не реагирую на физическом уровне, то Лукас продолжает прощупывать почву.
– Итак, ты никогда не приводила никого домой после случайного знакомства в баре.

Он меня разыгрывает? Мы на самом деле говорим о подобном? И что наиболее важно, я правда прямо сейчас качаю головой?

– Нет, я имела в виду...

– Что?

– Это программа Розыгрыш?

В этом был бы смысл. Лукас Вульф пишет песни о связи на одну ночь, а потом он заманивает в свою гримерку меня и спрашивает о мужчинах, с которыми у меня была связь в прошлом.

Самоуверенная улыбка Лукаса становится шире.

– Думаю, мы переросли возраст, когда уместно разыгрывать друг друга, ты так не считаешь?
– он откидывается на спинку дивана, вытягивая свои длинные руки вверх и сплетая пальцы за головой. Мой взгляд следует за каждым его движением, пока я складываю руки ладонями друг к другу на коленях.
– Забудь, как насчет такого - расскажи мне о себе.

– Вы хотите знать обо мне?

– Ты из Лос-Анжелеса?

Я качаю головой.

– Из Нэшвилля.

Он смеется, и его глубокий сексуальный смех доходит до самого моего центра, скручивая низ моего живота в узлы и посылая невидимые болезненные импульсы чувствительному местечку между моих ног.

– Это все объясняет, - говорит он. Я искривляю губы, ожидая его дальнейших пояснений. Лукас наблюдает за мною в течение долгого неловкого момента, а затем пожимает плечами.
– Твой чертов акцент.

– Он не так уж и плох, - говорю я настороженно.

– А я и не говорил, что он плох. Твой акцент довольно сексуален, он вдохновляет меня, - Лукас молчит в течение нескольких секунд, ожидая моей реакции на только что сказанные им слова. Я вежливо ему улыбаюсь, игнорируя трепет в районе моего живота.
– Как долго ты живешь здесь?
– наконец-то спрашивает он.

Я открываю рот, чтобы ответить, но тут же останавливаю себя. Предполагалось, что я приду сюда, чтобы обсудить его завтрашний костюм, а не себя. Не секс. И уверена, что черт побери, моему телу не следует так реагировать на этого мужчину.

– Не долго, - отвечаю я, и он издает гортанный стон. У меня едва ли остается время возразить, так как в одно мгновение Лукас вновь сдвигается на край дивана, скользя по подушке до тех пор, пока наши колени не соприкасаются. Я отодвигаюсь назад, но он отрицательно качает головой. Лукас запускает руку в мои волосы на затылке, и я не упускаю из виду то, как он задерживает дыхание, делая это.

– Расскажи мне о себе, Сиенна, - говорит Лукас, его голос нежен, но в то же время требователен.

Моя спина распрямляется, и я соединяю кончики своих пальцев рук. Я пытаюсь сделать вид, словно он не находится прямо передо мной, не касается меня.

– Нечего тут рассказывать, - отвечаю я неуверенно.
– Мне двадцать один и всю жизнь, за исключением последних пары лет, я жила в Нэшвилле. Что еще вы хотите знать?

– Хочешь честный ответ?

Лукас смотрит на меня так, будто желает поглотить целиком, словно собирается притянуть меня к себе и показать, что именно он имел в виду, когда минуту назад сказал, что мой голос вдохновляет его. Нет, на самом деле я не уверена, что хочу услышать истину от этого мужчины, но мои губы сами по себе шепчут:

– Да. Честный ответ.

Сиенна терпеливо ожидает, что я скажу о том, чего хочу от нее, ее тело напряжено, и глядя на ее розовые губки, я испытываю потребность ощутить их вокруг своего естества, то, как они плотно прижимаются к моей коже и скользят по ней.

Честный ответ?

Нет, черт возьми, она никак не готова к такому. Я отодвигаюсь, осторожно вынимая руку из ее волос и разрывая контакт между нашими ногами, так что мы больше не касаемся друг друга. Ее плечи сутулятся, и девушка прекращает сжимать пальцы, ее руки расслабляются на коленях.