Шейн засмеялся. Это был сухой, пусто звук, и он увидел, что Моника вздрогнула.
– Ох, мужик, - сказал он.
– Ты её действительно совсем не знаешь, не так ли?

Лицо Ричарда стало жестким.
– Я знаю, - сказал он.
– Подойдешь близко к моей сестре, и у тебя будут неприятности. Ты хочешь, чтобы твои родители потеряли еще одного ребенка?

Шейн не ответил. Он смотрел сквозь Ричарда, на Монику, и изобразил из безымянного и большого пальцев пистолет.

Затем тихо в неё выстелил.

Потом он вернулся, съел свою пиццу, и пошёл в мотель, где мир всё ещё медленно умирал.

* * *

Два дня спустя, дед Майкла, Сэм Гласс, принимал попытки, чтобы вытащить их из Морганвилля. Шейн не знал как и почему, ему было всё равно. Его отец был достаточно трезв, для разнообразия, чтобы вести машину. Его мама - он не знал больше, что делает его мама.

Они проехали границы Морганвилля, и Шейну пришло в голову, что это было способом Ричарда держать Шейна подальше от его сестры. Ну что ж, это сработало. Они были уже за пределами города и дальше...

– Куда мы едем?
– спросил Шейн. Это была первая фраза, которую он сказал в течении нескольких часов.

Его отец твёрдо сказал - Никуда.

И он был прав насчёт этого.