– Я сказал тебе не называть меня так, – прошептал ей.

– Хорошо, – уступила девушка. – Мэдок, значит. Пойдем в твою комнату.

– Но так интересней.

Брианна… или Бренна?.. обвила ногами мою талию. Я прижал ее к стене около своей спальни в отцовском доме в Саут-Бенде. Она приходила раз в неделю, убирала, стирала. Я не стал долго ждать, прежде чем подкатил к ней, хотя даже не знал точно, сколько ей лет. Похоже, двадцать четыре или двадцать пять, по меньшей мере. И она была чертовски привлекательна.

Блондинка, голубоглазая, постоянно одевалась а-ля "хорошая девочка": капри, обтягивающие футболки-поло. Полная противоположность образу, на который меня занесло в прошлом.

– Нам понадобятся презервативы, – подметила Бренна.

Вздохнув, отпустил ее и потащил за собой в спальню.

Если не считать Бренну, моя жизнь здесь проходила скучнее, чем гонки тракторов. Занятия еще не начались, я не завел друзей, потому что в кампусе до сих пор никого не было, и город буквально вымер без студенческой толпы. Да, нравилось мне или нет, но встречи с этой девушкой являлись единственным ярким событием за целую неделю. У нее буфера были больше моей головы, а после того, как она уходила, я вновь улыбался.

Во всяком случае, хоть недолго.

Расстегнув джинсы, стал наблюдать, как Бренна сняла свою одежду, оставшись в белых кружевных трусиках и лифчике, и достала презерватив из тумбочки. Медленно подойдя ко мне, она запустила руку под резинку моих черных боксеров-брифов и погладила мой стояк.

Глянув на меня, Бренна облизала губы и улыбнулась. Шатко вздохнув, отвернулся. Не знаю почему, но я не мог смотреть на нее. Никогда. Я даже имя ее не помнил большую часть времени.

Мне не хотелось, чтобы она была настоящей.

Схватив ее за волосы на затылке, притянул к себе, поцеловал. Наши зубы соприкоснулись, и я услышал, как Бренна застонала. То ли от жесткого поцелуя, то ли от наслаждения – мне было все равно.

– Я хочу тебя прямо сейчас, – сказала она, часто дыша, поглаживая меня более настойчиво.

Прервав поцелуй, сжал челюсти, схватил ее за локоть и потащил к кровати.

– Не командуй мной. Я тебе не принадлежу. Поняла? – огрызнулся.

В глазах Бренны, словно вспышка молнии, промелькнул восторг.

– Да, сэр.

Запустив пальцы под пояс боксеров, сдернул их с себя, после чего откинул в сторону. Обхватив заднюю поверхность ее шеи, утянул девушку с собой, улегшись на кровать.

– Спускайся вниз.

Прохладный воздух заполнил легкие, сердце забилось быстрее.

Все быстрее и быстрее.

Все быстрее и быстрее.

Все быстрее и быстрее.

Ее рот опустился мне между ног. Я зажмурился, наслаждаясь тем, как рьяно она действовала. Бренна облизывала, втягивала меня в рот на всю длину. Ее волосы опускались на мои бедра, согревая кожу.

Я хочу видеть тебя. Я хочу поцеловать тебя, когда ты кончишь.

Я попытался заглушить этот голос у себя в мыслях, положив руки на голову Бренны и проталкивая свой член глубже в ее горло.

– Продолжай, детка, – прорычал, подначивая. – Так хорошо.

Она ускорила темп. Ее голова резко поднималась и опускалась. Я изогнул бедра ей навстречу.

Кто тебя сейчас целует? Кто тебя трахает?

– Еще. Сильнее, – распорядился я. Однако, невзирая на мои старания, белокурые волосы, которые я сжимал в кулаке, превратились в светло-каштановые. На меня смотрели зеленые, с поволокой, глаза. – Боже, детка. Так приятно.

Волей-неволей погрузился в фантазию, где Фэллон царила в моем сознании. Я не хотел думать об этой суке. Не хотел желать ее, но желал.

Она была здесь. Это ее рот был на мне, и я ненавидел ее. Черт, как же я ее ненавидел. И собирался трахать ее с этой ненавистью до тех пор, пока не кончу.

Нервные окончания в ногах пылали, волна напряжения подкатила к паху. Я дернул бедрами, проникая в нее глубже и жестче, в то время как ее язык скользил по нижней поверхности моего члена.

Она отпустила меня, затем облизала, после чего обхватила рукой и стала поглаживать, посасывая теперь одну лишь головку.

Мэдок, пожалуйста.

– Черт. – Содрогнувшись, выгнул спину, приподнял голову над кроватью.

Я кончил ей в рот, сжав волосы у основания ее шеи, и втянул воздух через сжатые зубы. Она держала меня до последнего, пока я не рухнул обратно на кровать, отпустив ее.

Мое тело всегда расслаблялось.

После.

Однако в голове творился еще больший бардак.

Фэллон. Мои мысли всегда возвращались к Фэллон. Теперь я не мог кончить, если не думал о ней.