Бросок, бросок, бросок…

Я не смог сдержать облегченного вздоха. Хвала небесам, мой чудесный глазомер остался со мной!

Достав нож, снял с него чехол и подкинул оружие вверх, а затем, схватив в воздухе за тупую сторону клинка, с разворота отправил его прямиком в цель. Точное попадание, чего и следовало ожидать.

Разобравшись наконец со своим глазомером, приступил к одному из самых важных моих умений. К проверке ускорения.

Мой прошлый рекорд был тридцать семь секунд. Но, как мне показалось, убегая от ребят с рынка, я в несколько раз превысил свой максимальный результат, в ином случае быть бы мне не живым, а самым что ни на есть мертвым. Хотя, учитывая тяжелое состояние после долгого забега, может случиться и так, что мне все это попросту привиделось.

«Нет, – помотал я головой, – если все это мне только привиделось, то как тогда объяснить мое истощенное состояние? Правильно, никак. Значит, я все-таки преодолел свой потолок в ускорении, поэтому и свалился без сил. Что ж, сейчас я узнаю это наверняка».

Я вошел в ускорение, привычно начав отрабатывать удары по воображаемому противнику. И одновременно с этим стал считать секунды про себя. Из ускорения я выпал на шестьдесят седьмой секунде!

«Невероятно! Вот это да! Почти двукратное увеличение в скорости». Мне захотелось прыгать и смеяться как ребенку. Но я, вспомнив, как достиг такого прироста в скорости, замер.

«А ведь я все еще не знаю, что случилось с тем мужчиной. Убил я его все-таки или нет? А если нет, то что он видел? Может, мои остроконечные ушки, крайне приметные в наших трущобах…

Так, стоп! А почему я, собственно, накручиваю сам себя?! Я провалялся в беспамятстве минимум двое суток. А за это время с телом мужчины могло случиться что угодно. Гадать об этом просто так – занятие бесполезное, и накручивать себя – тоже не выход.

Вот придут мальчишки в нору и расскажут нам с Сашей страшную историю про вампира, пьющего человеческую кровь. Тогда-то я все подробности и узнаю. В любом случае такое странное событие не могло миновать внимание общественности».

Кивнув в такт своим мыслям, я решил все же заняться делом и собрать дров. А то как-то неправильно получается: сам на работу напросился, а потом ее и не выполнил.

Оглянувшись по сторонам и осмотрев все помещения, я посчитал, что единственный реальный для меня вариант разжиться дровами – это устроить обвал крыши в тех местах, где она начала проседать внутрь дома.

Раздобыв камни, я точными попаданиями стал перебивать толстые деревянные балки. И вот уже часть крыши полетела вниз. Я, воспользовавшись ускорением, выскочил из дома и остановился на небольшом отдалении от него.

Крыша упала с жутким грохотом, подняв при этом огромное пыльное облако и заставив меня закашляться. Когда пыль немного улеглась, я вошел в дом и, осторожно ступая, добрался до места обвала.

Остатки старой черепицы лежали вперемешку с обломками деревянных балок. Меня крайне порадовало, что балки из-за довольно сильного удара о землю очень удачно разлетелись на мелкие куски, которые я был в состоянии спокойно носить.

– Что это за грохот был?! – первым делом спросила меня Саша, как только увидела мою макушку, появившуюся из лаза.

– Ничего страшного, просто крыша одного из ближних к нам зданий обветшала до такой степени, что не выдержала собственного веса и упала, – выбираясь из лаза, ответил я.

– И что, прямо в тот момент, когда ты пошел за дровами? – подозрительно сощурилась она.

– Ага! Прикинь, как мне повезло. Сам сначала не поверил.

– Ну-ну, – хмыкнула девочка и показала место, куда мне предстояло сносить дрова и складывать поленницу.

Кинув дрова, я полез наружу за следующей партией. Это хождение туда-сюда продолжалось достаточно долго. Где-то с двадцатого раза я перестал прислушиваться и отслеживать ситуацию в норе. А зачем? Ребят все так же не было, а напрягаться лишний раз ради того, чтобы отследить, чем занимается Саша, стало скучно уже после седьмого правильного ответа.

В очередной раз выползая из лаза, я столкнулся с семью парами настороженных глаз.

– Э-э-э, – глупо протянул я. – Привет, ребята.

– Ты изменился, – сказал Ник, – или ты – это все же не ты?

– В каком смысле «не я»? А кто тогда?

– Ну, может, ты не Нел, а какой-нибудь недруг, который хочет выведать наши секреты! – сказал мальчишка и обличительно указал пальцем на меня.

Я посмотрел на его серьезное лицо, а потом, не выдержав, засмеялся:

– Ха-ха-ха! Ник, ну ты даешь! Да кому вы нужны?! Ха-ха! Точнее, не так: вы ведь нужны мне… Просто я хотел сказать – кому нужно внедрять к вам такого красивого остроухого поганца, как я? Это же смешно. У вас и взять-то нечего!

Скорее всего, сказанное мной было для детей шоком. Они, видимо, считали себя очень зажиточными, хотя по меркам детей трущоб наверняка так и было.

– Так это и вправду ты? – выйдя вперед, неуверенно спросил Кир.

Я улыбнулся и вместо ответа сказал:

– Вспомни, как ты первым заметил опасность и предупредил меня о ней. – Кир непонимающе посмотрел на меня.

– Ну тогда ты еще шикнул что-то вроде: «Быстро валим отсюда». Если бы не ты, то меня наверняка поймали и забили бы палками, – сказал я, чтобы как-то приободрить парня. А то, судя по рассказам Саши, он просто места себе не находил. – И потом, когда ты все-таки послушал меня и убежал. Представь, что бы случилось, если бы нас обоих поймали. А так и ты убежал, и я. Просто знай, что я не считаю тебя предателем, как некоторые вначале подумали. Наоборот, ты все сделал правильно, и в итоге для нас все закончилось хорошо.