В назначенное время появился челнок и под удивленными взглядами раненых водители начали выгонять из него трофейные машины, из-за чего немаленькая поляна сразу уменьшилась в размерах. Как место освободилось, грузовики с ранеными заехали по пандусу внутрь челнока, Моррис выстрелил выстрелили из сигнальной ракетницы, привлекая к себе внимание, и челнок взлетел на небольшую высоту, став невидимым и наблюдая за реакцией. Пока Оми с командой смотрели за действиями бойцов, прибывших разобраться пустившими сигнальную ракету, Катя с Моррисом, при помощи бойцов выносили раненых из грузовиков и размещали в кают-компании. Первых двадцать человек по списку, составленному Катей, сразу отнесли и уложили в медицинские капсулы. Чтобы остальные раненые не волновались и не мешали работать, Катя, предварительно проконсультировавшись с Моррисом, просто включила режим сна, благо у аптечки был такой режим.

Оми улыбаясь смотрела, как на поляну вначале примчались бойцы и удивленно остановились, рассматривая явно трофейные машины, местами изрешеченные пулями. К лобовому стеклу автоцистерны был прикреплен мякишем хлеба листок, на котором выло выведено печатными буквами: “Гуманитарная помощь РККА от Вермахта”. Оправившись от шока, сержант, командовавший отделением прибежавших бойцов, подошел к машинам, осмотрел их и потрогал еще теплые капоты. Немного подумав, он отправил бойца к дороге, а остальных расставил вокруг поляны.

Через сорок минут приехала легковая машина, из которой вышло несколько человек. Судя по всему приехали сотрудники органов с экспертами-криминалистами и саперами. Так и оказалось: сапер обследовал машины на наличие взрывающихся “сюрпризов”, после этого эксперт рассматривал следы повреждений самих машин и тела полковника, которое вытащили из легкового “Опеля”, а еще один человек ходил сзади и записывал то, что ему говорил эксперт. Убедившись, что переданными “подарками” занялись всерьез, Оми направила челнок в базе и уже через полчаса грузовики, выехавшие из челнока, направились на заправку, а Катя и Моррис общались с майором, Кромом и Николаем.

– Вот так все и прошло, – Моррис закончил свой рассказ, рассказав о своих приключениях.

– Блин, ну вы и идиоты… – резюмировал подошедший к ним особист.

– В смысле?

– Если ты хочешь еще раз попасть в тот медсанбат, то лететь надо прямо сейчас. Уже через два часа будет поздно.

– Почему? – недоуменно спросили остальные

– Давайте я вкратце расскажу как работает система. Вы выстрелили ракетой недалеко от линии фронта. Ракеты обычно применяют диверсанты для наведения авиации противника на наши объекты. Высланный отряд быстрого реагирования диверсантов не обнаружил, но нашел оставленные вами трофейные машины. Заметьте, в одной машине труп в форме противника с документами. Вызвали экспертов и сапера, для проверки на взрывчатку. Сапер машины проверит, эксперты их осмотрят. Что получается? В НАШЕМ тылу, непонятно откуда появляются ТРОФЕЙНЫЕ машины с ДЕФИЦИТНЫМ топливом и с трупом полковника со свежими СЕКРЕТНЫМИ документами. Такое может быть? Не может. Уже в самом скором времени начнут опрашивать всех, кто был поблизости и узнают, что утром из этого леса выехало четыре пустых грузовика, а за полчаса до появления ракеты они уехали груженые ранеными. Регулировщики вспомнят, что красивая девушка СПРАШИВАЛА как проехать в медсанбат, а в медсанбате скажут, что такая девушка была и действительно забрала раненых. Но до госпиталя эти раненые не доехали и вообще, такие сотрудники ни в одном госпитале не числятся. Что будет дальше рассказывать?

– Блин, и что делать?

– Если и лететь, то прямо сейчас. Причем я не знаю, как сделать так, чтобы не подставить доктора и не раскрыть информацию о нас. По сути, Вы его УЖЕ подставили, увезя раненых непонятно куда, не предъявив ему никаких документов. Скорее всего, по моему мнению, надо лететь на поляну, брать экспертов и человека из органов и посвящать его в наше дело. Мне кажется, что это будет наилучший вариант: замять ситуацию в начале. Если же ситуация выйдет из-под контроля за пределы поляны, то пострадает много людей.

– Хорошо. Тогда летим прямо сейчас, машины уже должны были заправить.

– Я лечу с вами, вот только фуражку и документы свои возьму.

Дождавшись заправленные грузовики, погрузились на челнок и вылетели к полянке с трофеями. Там за прошедшее время ситуация почти не изменилась, разве что сапер закончил свою работу и теперь отдыхал, покуривая в сторонке, ожидая остальных экспертов.

Обсудив ситуацию с Иваном, быстро и тихо вырубили бойцов оцепления из станеров, оставив в сознании работающих возле машин экспертов. Поэтому для них стало шоком, когда сверху над ними завис челнок, во всей своей неземной красе. Особист попытался выхватить оружие, но рассеянный заряд станера не позволил ему закончить движение, сделав ватными ноги и руки и заставив сесть на землю, чтобы не упасть. Причем голова, на удивление, осталась более-менее ясной и чистой.

В мягко опустившейся громадине челнока открылся большой люк и оттуда выдвинулся пандус, по которому неторопливо спустились несколько человек в форме РККА и направились прямо к сидевшим без сил на земле экспертам. Когда они приблизились, сотрудник “органов”, вглядывавшийся в подходивших людей, удивленно спросил:

– Елистратов? Ванька?

– Серега! – бросился к нему Иван Елистратов, пытаясь поднять и поставить на не слушающиеся ноги своего друга. К нему поспешил Моррис и сделал инъекцию, которая убирала последствия “заморозки”.

– Что все это значит, Ваня? Откуда ты взялся? Ты же погиб! Что со мной было? Что это за люди? И наконец, что это за хрень такая большая и откуда она взялась?

Его парализованные спутники были готовы задать те же вопросы, но пока просто слушали, обратившись в слух.

– Не кричи, Серега. Как же ж хорошо, что я именно тебя встретил, – сказал Иван, окончательно парализуя экспертов станером. – Так надо, они просто спят. Скоро все узнаешь.

Подхватив Сергея под руки, так как его ноги еще не до конца слушались, компания двинулась обратно на челнок. Когда все вошли по широкому пандусу, тот втянулся внутрь, люк закрылся и Оми включила режим активной маскировки.