– Но ведь это страшно далеко, – возразила несколько ошарашенная Клементина.

– В том-то и дело! Надо срочно вызвать их сюда, а птицы не летают. Медлить нельзя, иначе лесничий умрет от голода и какой-то непонятной болезни, вызванной вот этим стволом дерева. Мы сами не можем с ним справиться.

– А бобры в три счета разгрызут его на мелкие кусочки! – добавил Ремигий.

– Лесничего разгрызут?! – ужаснулась Клементина. – Такого хорошего человека? Да знаете ли вы, что он всю зиму кормил нас! Я сама из рук у него ела!

– Да не лесничего! – взорвался Ремигий. – Вот глупая баба!

– Сами же сказали – не можете с ним справиться, – обиделась Клементина.

– Справиться мы не можем со стволом. А из-за него лесничий болен, – пояснил Пафнутий. – Да ты сама посмотри.

Клементина смело подошла к неподвижно лежащему лесничему и тоже тщательно обнюхала его.

– О, он очень тяжело болен! – открыла она Америку.

– А то мы не знаем! – опять вспыхнул Ремигий, которого выводила из себя не только несообразительная косуля, но и очень раздражал мокрый хвост, краса и гордость всякого уважающего себя лиса. – Вот и надо поскорее освободить его от этого проклятого ствола. А мы пробовали и убедились – сами его не можем убрать. Бобры же в три счета разгрызут это свинство на кусочки. Мы собирались послать за ними твоего Кикуся, но лучше, если отправится не постреленок, а взрослая, солидная особа. Кикуся они могут просто не послушать.

– Ну, знаете! – обиделся Кикусь, считавший себя героем.

Пафнутий попытался загладить бестактность лиса.

– Не обижайся, твоя мама справится с этим лучше. К тому же она будет очень волноваться за тебя. Клементина, неужели ты хочешь, чтобы лесничий умер от голода и болезней?

– Ты забыл – и от холода! – дополнила куница сверху.

– От холода? – удивился медведь, которому в его теплой шубе никогда не было холодно.

– Ну да, от холода! – подтвердила куница. – Я видела, он весь просто дрожит от холода!

– Не может быть! – не поверил Пафнутий.

Тут Ремигий даже подпрыгнул от раздражения.

– Ну конечно же, от холода! Не будь у тебя такой шубы, знал бы, что такое холод! Люди холод очень плохо переносят, им ничего не стоит умереть от холода, уж это мне доподлинно известно. Клементина, чего ты еще ждешь?

Клементина отбросила все сомнения. Лесничего она очень любила, прекрасно понимала, что всю долгую зиму они горя не знали только благодаря его заботе. Сколько раз видела, как он разносит по лесу специально запасенное для них сено. Поэтому без возражений повернулась и умчалась в лес, молнией мелькнув среди деревьев.

А Пафнутию нужно было осознать неожиданную для него новость.

– Так ты сказал – может умереть от холода? – все еще недоверчиво допытывался он у Ремигия. – И шубы у него нет?

– Нет, нет! Сам посмотри! – выходил из себя Ремигий.

Будучи медведем обстоятельным, Пафнутий подошел к человеку и посмотрел. А потом, ни слова не говоря, неуклюже перелез через свалившийся ствол дерева и лег рядом с лесничим, тесно прижавшись к нему. Густой медвежий мех окутал человека, неся живительное тепло.

Куница со своей высокой ветки видела это и не удержалась от очередного критического замечания:

– Неплохо, неплохо, но ты, Пафнутий, согреешь только одну сторону человека. Не хватает еще одного медведя, лег бы с другой стороны. Вот только в нашем лесу больше медведей нет.

– Тут бы и волки подошли, – тихонько пробурчал Пафнутий, боясь побеспокоить больного лесничего.

Все еще переживающий незаслуженную обиду Кикусь ощутил прилив мужества и, обиженно фыркнув напоследок, молча кинулся в лесную чащу. Пусть поймут, наконец, кто в лесу настоящий герой!

Куница на дереве продолжала вскрывать недостатки в спасательной работе и выискивать все новые трудности. Такая уж у нее была критическая натура. Войдя во вкус, она даже принялась предсказывать будущее. Разумеется, в черных красках.

– Не знаю, сколько он выдержит без пищи, – зловеще изрекла она. – Не знаю, доживет ли до утра.

– Да замолчи ты! – прикрикнул на вещунью лис. – И без тебя тошно.

Куница не унималась:

– Волки еще, может, к вечеру и прибегут. Волки быстро бегают. А вот бобры когда еще прибудут! Эти недотепы ведь и ходить-то толком не умеют…

– Вот сейчас стяну тебя за хвост и задам трепку, чтобы зря не болтала! – прикрикнул на куницу Ремигий. – Бобры умнее тебя, сообразят, что быстрее всего добраться до нас водным путем. Вот и доберутся по речке до озера, а оттуда не так уж и далеко.

– И все равно будут не раньше утра, не раньше утра! – стояла на своем куница. – А ты уверен, что лесничий продержится до утра?

– Не уверен, – вынужден был признаться Ремигий. – В таком случае надо бы его покормить. Вот ты этим и займись вместо того, чтобы всем настроение портить.