– Пусть так, но вы не ответили на мой вопрос. Кто вы и какие новости принесли от тай-шу Учиды?

– О, эта молодежь так нетерпелива! Вам незачем знать, кто я сегодня, хотя вы можете называть меня Красным Охотником. – Старик пристально посмотрел Ёсио в глаза и отвёл взгляд, не видя ни малейшей реакции. Ёсио подумал, что, наверное, дедок был разочарован тем, что его не признали. И что с того? Впрочем, назвавшийся Красным Охотником быстро овладел собою и перешёл к делу.

– До настоящего времени, вы не знали истинных целей операции «Бацу», но так и было задумано. Вам рано было это знать. Сами понимаете – требования конспирации. Теперь ваше время пришло. Вы уже знаете, что график был смещён. Но вы ещё не знаете цели атаки. Эта цель…

Ёсио внезапно осенило; словно сложились в сознании осколки мозаики.

– Альшаин, – благоговейно прошептал он.

Красный Охотник умолк, вперив в Ёсио взор немигающих бездонных глаз. Секунды складывались в минуты, но в каюте царила тишина. Едва дыша, Ёсио ждал. Наконец, старик отвёл взгляд, и смотревший на него, как кролик на удава, комбат смог вздохнуть свободно. Харизма его собеседника подавляла. Вновь посмотрев на Ёсио, старик неглубоко поклонился.

– Вы сами обо всём догадались, но я советую вам не высказывать никому подобных догадок.

До Ёсио внезапно дошло, что этот человек, называющий себя Красным Охотником, был дворянин, возможно, из высшей имперской аристократии, из тех, кто обладал колоссальной властью. Его поклон был знаком похвалы господина догадливому слуге. Прежнее раздражение исчезло, стоило тю-са понять, что сейчас этот человек обладал немалым влиянием в организации, и раздавить простого комбата ему было как два пальца… об асфальт. В его словах таилась завуалированная угроза. Проще уж сразу выпрыгнуть из шлюза без скафандра, чем вызвать гнев этого человека. Ёсио низко поклонился.

– Я недостоин вашей похвалы, ваши намёки были очевидны. Но смелость этого замысла поражает. Полагаю, что никому более не придёт в голову совершить подобное, а значит, ваш замысел не смогут раскрыть.

От старика не укрылось внезапная перемена поведения Ёсио. Едва заметно улыбнувшись, он сказал:

– Я ждал услышать нечто подобное. Вы и представить себе не можете, каких трудов мне стоило подготовить всё к этому моменту. В отличие от смерти этих кретинов – прежних лидеров организации – раскрытие этого плана может стать концом всего. Я вложил все наши ресурсы в операцию «Бацу», и не хотел бы вдруг узнать, что всё сорвалось в последний момент.

Ёсио подавил невольную дрожь.

– Я верный слуга империи.

– Таким вы и должны быть, – старик поёрзал на стуле. – Итак, главная цель нашего удара – Альшаин. По имеющимся у меня сведениям, он хорошо защищён, но успех его отвоевания означает успех всего плана.

– Отвоевания нашей столицы…

– Да, столицы Альшаинского воеводства, которую наш координатор поклялся отвоевать десятилетие назад, когда сделал Учиду воеводой сектора. И, хоть мы сражались плечом к плечу с другими войсками Звёздной Лиги против ненавистных Дымчатых Ягуаров и сокрушили их, освободив множество наших миров, большая часть Альшаинского воеводства, включая сам Альшаин, всё ещё находится под пятой варварского клана. Наши воины охотно последовали бы за Теодором против Медведей-Призраков. Стоит лишь дать приказ, – в голосе старика зазвучала горечь. – Это была бы трудная битва – мы знаем, что Медведи-Призраки сильный клан – но это победа осталась бы за нами, несмотря ни на что. И мы вновь подняли бы стяг Дракона над своими мирами. Но, возможно, такая победа не понравилась бы координатору, дарящему имперские миры во владение клану Кота.

Во взгляде старика горела чистая, незамутнённая ненависть к создателю префектуры Ирис и её обитателям. Ещё год назад Ёсио чувствовал бы то же самое. Но теперь он провёл много месяцев, живя и сражаясь рядом с новакошачьими воинами. Хотя этот клан и захватил множество имперских миров и убил немало товарищей Ёсио по оружию, тю-са не мог не уважать этих людей. Молчание комбата заставило Красного Охотника снова взглянуть ему в глаза, и Ёсио призвал всю свою выдержку, чтобы не показать своих истинных чувств этому человеку. Он знал, что это было бы очень опасно. После долгой паузы Охотник снова заговорил:

– Итак, молодой человек, поведайте мне, что вы думаете о возможных последствиях наших действий?

Вопрос был слишком неожиданный и на мгновение выбил Ёсио из колеи. Должно быть, решил альшаинец, это было сделано намеренно, вон как вперился в него старик. Тю-са быстро привёл в порядок свои мысли.

– Поначалу мы преуспеем. Такая победа поднимет дух не только альшаинцев, но и всех имперских войск. Сам координатор не посмеет пойти против нас. У него не останется иного выбора, кроме как оказать нам поддержку. Ему придётся послать нам подкрепление, чтобы мы смогли удержать Альшаин, какие бы силы не послали Медведи в контратаку. Это во-первых, – тю-са перевёл дух. – Во-вторых, слабое место этого плана – ответный удар Медведей-Призраков, но я не верю, что он будет силён. Исходя из того, что я слышал об этом клане и его проблемах… Правда – это в-третьих – другие кланы могли бы прийти им на помощь, но это тоже маловероятно. Ягуарам, когда их истребляли, не помог ни один. В-четвёртых, хотя это, возможно, и не существенно, может последовать негативная реакция со стороны Совета Звёздной Лиги. Но едва ли эта реакция зайдёт дальше словесного осуждения. А кто будет слушать их слова, когда наши действия скажут за нас всё?

Несколько мгновений Красный Охотник обдумывал его слова, затем улыбнулся и снова отвесил неглубокий поклон.

– Вы снова демонстрируете исключительный интеллект. Вы упустили лишь пару мелких деталей, – он сделал паузу, словно раздумывая, стоит ли продолжать. – Вы далеко пойдёте, уж поверьте старику – я в таких вещах разбираюсь. Поэтому я расскажу вам всё.

На мгновение Ёсио захотелось остановить старика, попросить его прервать разговор и заткнуть собственные уши, чтоб не услышать лишнего. Он не любил становиться на путь, с которого нет возврата, а то, что старик мог сказать ему, наверняка исключит возможность уйти из организации. Носителей информации подобного уровня так просто не отпускают. Если ему и случится покинуть «Коку-рю-кай», то только ногами вперёд. Или через трубу крематория. Но тю-са заставил себя успокоиться, резонно рассудив, что он и так уже знает слишком много.