— Так что же тебе мешает? — подзадорил её Стоунбридж.

— Ничего, дорогой мой Бай! Совершенно ничего! — Неловким движением Криста поставила бокал шампанского, скинула туфли, расстегнула застежки платья и выскользнула из него. Длинное зеленое вечернее платье, которое она надела к ужину, упало к её ногам. Комбинацию Криста сняла через голову и отбросила в сторону. Больше на ней ничего не было.

Обнаженная, улыбающаяся, похожая идеально пропорциональным телом на ожившую скульптуру Майоля, Криста с достоинством спустилась к подсвеченному бассейну и нырнула. Она проплыла его весь, повернулась и крикнула остальным:

— Это божественно! Идите сюда!

— Видит Бог! — воскликнул Стоунбридж. — Я иду! — Он сбросил спортивную рубашку, брюки и туфли и обнаженный, как и Криста, хотя и менее соблазнительный, сбежал вниз и нырнул.

Лунный Свет и Ретта, хихикая, тоже стали раздеваться.

— Подождите! — крикнул Харольд Остин. — Этот спортсмен тоже сейчас идет.

Роско Хейворд, восторженно и одновременно с изумлением наблюдавший за Кристой, обнаружил подле себя Эйврил.

— Росси, лапочка, расстегните мне молнию.

Она повернулась к нему спиной. Он неуклюже попытался дотянуться до молнии, не вставая со стула.

— Встаньте же, старичок, — сказала Эйврил. И как только он встал, повернула голову и привалилась к нему — он чуть не задохнулся от её тепла и аромата. — Ну что, справились?

Ему трудно было сосредоточиться.

— Нет, похоже, что…

Эйврил ловко закинула руку за спину.

— Давайте я сама. — И она до конца расстегнула молнию, дернула плечами — и платье упало к ногам. Уже знакомым ему движением она тряхнула рыжими волосами. — Ну, чего же вы ждете? Расстегивайте лифчик.

Руки у него дрожали, глаза не могли от неё оторваться. Он сделал то, что она велела, и лифчик упал.

Незаметным, грациозным движением Эйврил повернулась. Подалась вперед и крепко поцеловала его в губы. Его руки чувствовали её напрягшиеся соски. Казалось, помимо его воли пальцы сжались. Электрические волны наслаждения побежали по телу.

— М-м-м, — промурлыкала Эйврил. — Приятно. Плавать идешь?

Он покачал головой.

— Тогда увидимся потом. — Она повернулась, похожая в своей наготе на греческую богиню, и присоединилась к остальным, бултыхавшимся в бассейне.

Джи. Джи. Куотермейн продолжал сидеть, отодвинув кресло от обеденного стола. Он потягивал коньяк и пристально наблюдал за Хейвордом.

— Мне тоже не очень хочется плавать. Хотя время от времени, когда ты среди друзей, мужчине невредно расслабиться.

— С этим я, пожалуй, вынужден согласиться. И я, безусловно, чувствую себя в кругу друзей.

Хейворд снова опустился в кресло; сняв очки, он начал их протирать. Теперь он взял себя в руки. Внезапный приступ безумия и слабости прошел.

— Проблема, конечно, состоит в том, — продолжал он, — что порою можно зайти дальше, чем намеревался. Но главное — сохранять контроль над ситуацией.

Большой Джордж зевнул.

Пока они говорили, остальные уже вылезли из воды, вытирались и надевали халаты.

Спустя два часа, как и предыдущей ночью, Эйврил проводила Роско Хейворда до дверей его спальни. Поначалу, на первом этаже, он решил настоять на том, чтобы она не провожала, но затем передумал, уверенный в силе своей воли и убежденный, что не поддастся безумному влечению. Он себя чувствовал настолько уверенно, что даже весело произнес:

— Спокойной ночи, юная леди. Да, можете не напоминать мне, что ваш номер на переговорном устройстве — семь, уверяю вас, мне ничего не понадобится.

Эйврил посмотрела на него с таинственной полуулыбкой и ушла. А он тотчас запер дверь спальни и, напевая, принялся готовиться ко сну.

Но сон не шел.

Почти час он лежал без сна, отбросив простыни. В открытое окно слышалось сонное гудение насекомых, а в отдалении — плеск волн.

Несмотря на все старания Роско, мысли его были заняты Эйврил…

Он пробовал прогнать от себя эти мысли и думать о делах в банке, о ссуде «Супранэшнл», о месте директора, обещанном Джи. Джи. Куотермейном. Но мысли возвращались к Эйврил, его тянуло к ней сильнее, чем раньше. Он вспоминал её ноги, бедра, губы, мягкую улыбку, исходившие от неё тепло и аромат… её доступность.

Он встал и начал ходить, стремясь направить свою энергию на что-то другое. Но не мог…

Дважды он делал движение к переговорному устройству, но усилием воли удерживал себя.