— Не забывай, ангел мой, — так же тихо произнес Демьян, — каждая твоя попытка изменить неизменное, будет вознаграждена встречным залпом случайностей.

— Это мы еще посмотрим, котик.

Мне понравилось, что я не стушевалась, и тон подобрала правильный — насмешливо-решительный. Жаль только, что Демьян не обратил на это ни малейшего внимания, он с интересом смотрел куда-то в сторону.

— Эй! Вы здесь не одни! — раздраженно выкрикнул Стас.

— Нам лучше сесть, — усмехнулся Демьян и убрал руки.

Я прекрасно видела, как отчаянно Стас пытается держать себя в руках, и, вспыхнув от удовольствия, притворилась равнодушной.

— Не хочешь выпить Шато Как-то Там- Блю. Или не Блю?

Прежде чем ответить Демьян поймал взгляд нашего официанта и указал на Стаса.

— Шато Дюкрю-Бокайю. Но твой вариант мне нравится больше.

— Я знала, что это твое любимое вино, — поддразнила я, украдкой наблюдая за Стасом.

Мы заняли свои места. Все-таки идиотская ситуация. Напротив меня сидят мой муж и мнимый любовник. Демьяна соседство не напрягало. Он вальяжно откинулся на спинку стула и спокойно потягивал вино. А муж напряженно молчал, но когда посмотрел за мою спину, его губы растянулись в улыбке, и он произнес, поднимаясь:

— Здравствуйте, Карина Юрьевна! Какой приятный сюрприз!

И я замерла, почти не дыша. Стук каблуков и вуаля — судьба подкинула мне новую сложность.

— Здравствуйте, молодые люди, — хрипловатый и знакомый с детства голос, и от неожиданности едва не рухнула со стула.

— Мама? — удивленно протянула я и поднялась, чтобы поцеловать ее.

— Привет, дочка, — она легонько меня приобняла, боясь помять костюм. Мама даже в неофициальной остановке придерживалась классического стиля: темно синий элегантный брючный костюм и уложенные в строгую высокую прическу волосы.

Бедолага официант, уже спешивший к нам с дополнительным прибором, поставил его перед мамой и, развернувшись, побежал еще за одним.

Стас поднялся, любезно предлагая теще стул. А она, тем временем, с повышенным интересом разглядывала Демьяна.

— И как, стесняюсь спросить, — мама приподняла идеально выщипанную бровь, — ты умудрилась пополнить свой ларец таким пикантным украшением?

Я открыла рот, чтобы ответить, но к неописуемому ужасу поняла, что не знаю как. Я так увлеклась игрой, что не заметила маму! Даже не стоит надеяться, что она не видела, как мы целовались. Черт! Что за глупейшая ситуация?

— Ваше блюдо.

Я готова была расцеловать официанта, давшего мне время придти в себя. Он принес дополнительные приборы и заказ.

Официант поставил на стол две чистые рюмки, и, после одобрительного кивка щедрого Демьяна, наполнил их дорогим вином и тактично удалился. Без интереса глядя на горячее ароматное мясо, поставленное передо мной, я машинально взяла вилку.

Но все смотрели только на меня, а я не успела придумать, что ответить, поэтому отрезала здоровенный кусок мяса и, поддев его вилкой, быстро сунула в рот. И начала сосредоточенно пережевывать, не чувствуя вкуса.

— Дочка, ты намеренно игнорируешь мой вопрос?

— С чего ты взяла? — беспечно отозвалась я и потянулась за вином.

— Давай сначала, — мама сцепила пальцы в замок и подалась ко мне. — Я надеюсь, ты сможешь объяснить, что я только что видела.

— И что ты видела?

— Я видела, как моя дочь мило беседуя с мужем, вдруг на его глазах виснет на шее другого. Кто этот молодой человек?

Во взгляде Демьяна скользила насмешка. Он определенно не собирался мне помогать в этой щекотливой ситуации, а занял удобную позицию стороннего наблюдателя. Он бы заказал попкорн, если бы его подавали в ресторане! Ну что ж! Сам напросился!

— Я… вызвала сантехника, — как можно беззаботнее отозвалась я и поняла значение фразы «округлить глаза», потому что глаза мамы превратились в два идеальных круга.

— Вы сантехник? — удивленно переспросила мама, подозрительно покосившись на бутылку дорогого вина.

Я не удержалась и повернулась к Демьяну, чтобы посмотреть на его реакцию, но он так и остался безучастным зрителем, преспокойно попивая вино.

— Да, он — сантехник.

— Шато Дюкрю-Бокаю? — Мама гурман, она неплохо разбирается в винах, в отличие от дочки. Увидев эту бутылку, я бы и глазом не моргнула, потому что для меня вино оно и в Африке вино. «Шато» оно или «Не Шато», разница только в цене. Кхе. И разница эта ошеломляет.

Мне показалось, я услышала звон, пронесшийся в голове мамы, когда она приблизительно прикинула цену. Ее брови сошлись на переносице, уголки губ непонимающе поехали вниз. Вид у нее был такой: «Вижу — дурят, но где — не пойму».

— Мамуль, каким ветром тебя задуло сюда?

— Я же говорила — у нас встреча университетской сборной, — она указала рукой в сторону большого стола и мило улыбалась только что подошедшему туда мужчине. Потом она вздрогнула, словно вспомнив о чем-то, и строго проговорила: