– Я без тормозов, прости. Подожди-ка...

Меня любят носить на руках подобные ему мужчины. В этом случае моя сила была воистину в моей слабости. Уже спустя минуту, подняв меня в воздух, грозный байкер осторожно внес меня в круг своих соратников у костра. Мужчины как по команде прекратили разговоры при виде такой панорамы, немногочисленные телки многозначительно фыркнули, помимо воли вынужденные мириться с моим присутствием, а, судя по поступку Брюса - еще и с рейтингом. Ничего нового, как правило, в мужской компании всегда есть дочери Евы, которым я как кость в горле. Лишь одна мне приветливо улыбнулась - стройная, с короткой стрижкой, в черном корсете и кожаных шортах. На вид ей было лет 25, я, не запомнив имени, мысленно окрестила ее Элис - из-за легкого сходства с озорной вампиршей из "Сумерек." Она не подходила к костру, а попивала из банки пиво, полулежа на красивом агрегате белого цвета с выполненной готическим шрифтом надписью на баке - "Мiй корабель - пiратська шхуна, такi вмирають не в порту". Еще я запомнила четырех особо колоритных парней в банданах и кожаной экипировке, которым меня незамедлительно представили. Элька щелкала фотокамерой, я не успевала ей позировать снова и снова. Фото в окружении брутальных мачо и их железных коней обещали быть ошеломительными. Брюс на какое-то время утратил ко мне интерес, дезертировав в мужскую компанию, а я, воспользовавшись случаем, отошла в пролесок выкурить сигарету. Парень в декоративной косухе приветственно кивнул мне, направляясь к костру с двумя бутылками виски в руках, и на короткий миг меня словно обдало кипятком.

– Дима?

Нет, это, конечно же, был обман зрения. Я нервно закурила, треснув кулачком по сосновому стволу. Чертов эмпат! Почему он даже здесь не может оставить меня в покое, все время мерещится? Кристиан Грей недоделанный. Сволочь. Хренов варвар. Черт... Я едва не застонала в голос, ощутив, как неотвратимо затапливает тело запретная волна знакомого мне вожделения. Я почти считала этого мужчину, его природу, и меня пугала эта беззащитная, желаемая готовность склониться перед грубой силой по-настоящему.

– Юля, ты здесь? Не отходи далеко от лагеря, - Брюс вышел из темноты и протянул мне жестяную банку.
– Держи.

Я улыбнулась. Потерла слегка оцарапанные костяшки пальцев о ладонь и, не глядя, сделала глоток. Пить хотелось жутко. С первым глотком горькая, прохладная жидкость заставила меня скривиться.

– Пиво?

– Не угадал, - Брюс развел руками.
– Возьми кока-колу. А чего убежала? Обидел кто?

– Нет, я...

Договорить я не успела. Его губы внезапно с поразительной нежностью и мягкостью накрыли мои. От шока и возмущения я на миг затаила дыхание, но уже в следующий момент распробовала ласку этого романтического поцелуя. Как мне не хватало нежности в свете последних событий! Вадима я не взяла в расчет, в нем всегда неуловимо присутствовала некая отстраненность, а Дима... Какая нежность у е..ного садиста?

Мысли о Димке смело теплым приливом эйфории, погасившей, растворившей чувство опасности и легкой обреченности, терзающее меня в последние дни. Не думая больше ни о чем, благодарная за чувство защиты и уважительного восхищения, я обвила его шею руками, ощутив ответные нежные прикосновения пальцев к моему затылку. Этот человек не собирался тянуть меня за волосы и причинять мне боль!..

Брюс отстранился первым. Мои глаза еще оставались предательски зажмуренными. Почему бы и нет. Я не заслужила одержимости гребаным демоном по имени Дмитрий.

Вечер набирал обороты. По традиции, не иначе, были танцы у костра. Подоспел изумительно вкусный шашлык, идеально сочетающийся с грузинским вином. Но никто не успел опьянеть, ибо далее в программе было стантрайдинг-шоу.

– Ангел ночной дороги, зажигательная Мила!
– прокричал кто-то, и понравившаяся мне девчонка, оседлав белоснежного железного коня, выписав дугу, заняла позицию на старте.

– Удачи, Мила!
– искренне пожелала я, восхищаясь этой обаятельной валькирией.

Едва коснулся асфальта шелковый шарф, белый «Сузуки» встал на дыбы на заднее колесо, огласив пустынную трассу зажигательным воем. Девушка словно исполняла страстный танец соблазнения, в котором смешалась первобытность и новшество технологий одновременно.

– Капитан Брюс, бесстрашный воин одесского побережья, король Затоки!

Дальше началась невероятная фантасмагория. Танец жженых шин, железа, рева двигателей и балансира на колесах с фигурами высшего пилотирования. Я наблюдала за ними во все глаза. Похоже, я тоже хочу байк. Красный. Надо намекнуть Вадиму. И взять контакты этих ребят, чтобы было, кому обучить покорению железного монстра.

– Ты прямо... Крис Пфайфер!
– потрясенно выдала я Брюсу, чем изумила его еще сильнее. Не ожидал, что я знаю, кто это такой!

В три часа ночи мы с Брюсом вместе покинули эту шумную компанию. Мне было впервые за все время просто офигительно хорошо, когда мы вдвоем летели по практически безлюдному спящему городу. Я все время порывалась повторить фигуры Элис в виде ласточки, за что он обещал надрать мне уши в своей почти отеческой манере.

...Целоваться мы начали уже в подъезде. Нежно, захватывающе, словно подчиняясь тантрическим постулатам. Никаких африканских страстей с расчленением одежды и скидыванием ее прямо на лестничной клетке. Не заметили, как оказались в квартире и телепортировались в душевую кабину. Я растворялась в обволакивающей нежности сильного мужчины, покрывая горячими поцелуями его грудь с росписью красивых татуировок. Особенно мне понравилась одна, в виде дракона с инь-янь символом в зубах. Резкая ассоциация заставила прервать поцелуи, отрезвив уплывающее сознание.

– Как красиво, - мой голос был хриплым.
– А что означает инь-янь, но разделенное на три сектора? Вот так еще...
– я прочертила языком на его груди изогнутую диагональ, приготовившись услышать, как таинственный клуб отнесут к резиденции сатанистов или гестаповцев.

– Я не знаю, - так же хрипло отозвался Брюс. Капли влаги блестели на его загорелом теле.
– Это не байкерская символика. Хотя однажды, в Донецке, я видел нечто похожее. На полу художественной студии. Очень большой был...