Наверное, на земле наступил гребаный ледниковый период? Даже не замечаю, что уходит... Потому что эйфорическая судорога заливает потоками ослепительного белого света. Я была в обители рождения миров! А по возвращению... Да, смелее, скажи это...

Я получила его Любовь. То чувство, которое убьет меня уде совсем скоро. Но я пока этого не знаю. Я потрясена, напугана и дезориентирована. И еще я сделала его счастливым. Знать бы еще, что за кнопка оказалась случайно нажата...

За пять минут до росчерка золотого пера на приговоре самой себе... могла ли я это предположить? Нет! Я была разбита приятной усталостью, окутана нежностью его рук, согрета темной сущностью его всепоглощающего чувства. Мои ядовитые рецепторы отключились, мои черные цветы приняли отчаянного искателя экзотики в свой замкнутый мир. Сначала хотели ужалить, а потом восхитились его силой, смелостью и интеллигентной манерой обращения с прекрасным... Он отважный и выносливый. Пусть любуется... Негласный пакт о ненападении. Всего лишь... Да и был ли у них выбор?

Все еще трясет от холода, и, когда он возвращается, укутывая меня поверх пледа стеганым одеялом, я, не отдавая себе больше ни в чем отчета, подаюсь в кольцо его сильных рук, инстинктивно стремлюсь к источнику тепла и безопасности. Почему мне с ним раньше не было так хорошо? Даже на заре нашего знакомства, когда я еще не догадывалась о его темной сущности?

Горячий чай. Морщусь.

– Он переслащен!

– Давай, маленькая, надо, - ласково шепчет на ушко мужчина, превративший мою жизнь в кошмар... В кошмар ли?
– У тебя упал уровень сахара, поэтому так холодно. Сейчас послушай меня, - кусочек изумительного молочного шоколада словно ласкает мой язык.
– Возможно, чуть позже у тебя будет чувство тревоги и подавленности. Не пугайся. Буди меня сразу. Это закономерная реакция, такое случается после этого.

– После секса?
– мне сегодня позволено тупить. Ответом - счастливый смех, от тембра которого прошибает эротическая судорога. Я ведь не слышала ни разу его искреннего, счастливого смеха! Я вообще думала, что он смеется только при виде моих слез и боли!

– Нет, моя глупенькая. После сабспейса.

– После... чего?!
– да, тупи дальше.
– Я...что... но ведь ты же меня не бил? Его же... не существует?

– Расскажи мне, - запечатав на губах незнакомый нежный поцелуй, просит Дима.
– Ты летала? На что это было похоже?

Он счастлив. И мне от этого почему-то хорошо. Незримо живущая внутри меня дикая пантера сейчас спит и не хочет просыпаться. Я пью до дна коктейль чужой ненормальной влюбленности, отдыхаю от своих страданий в руках того, кто меня через них и провел. Доверчиво прижимаюсь к его рельефной груди. Задеваю губами кожу. Мне хочется облизать его с ног до головы, и впервые эта мысль не пугает. Заставь сейчас меня целовать его черные туфли... Это не вызовет ни малейшего протеста. Вслед за адом он подвел меня к вратам рая.

– Я видела рождение новых звезд!

– Да ты что?
– неподдельное счастливое изумление.
– Знаешь, видят чаще всего пустоту... не проникают даже звуки. И в это время любая боль кажется сумасшедшей лаской. Тело становится сплошной эрогенной зоной, - объятия крепче, эротичная интонация шепота вызывает улыбку. Мне хорошо и почти не холодно уже.
– Твой оргазм растянулся на полчаса как минимум... Ты сжимала меня своими тугими тисками... Дважды выдоив без остатка... Ничего прекраснее со мной еще не случалось!

Скорее всего, его слова - красивая метафора. Но почему так сильно болят интимные мышцы?? У них тоже бывает крепатура? Пофиг... Я смеюсь. Чужое счастье топит меня в своих акваториях, я отдаюсь ему и открываю сейфы своих баррикад навстречу иллюзорной вере в то, что сегодня все изменилось, моя боль и страдания в прошлом.

– Дима, я такая же е..нутая, как и ты...

– И в этом счастье, разве нет?..

Я повторяю эти слова снова на рассвете. Серые сумерки, предвестники нового дня, стучатся в окно, когда я с криком сажусь на постели. Мои щеки мокрые от слез.

– Я е..нутая... Такая же, как и ты...

Сны безжалостны. Я вспомнила. Ремень. Боль. На краю бездны я, оступившись, падаю в небо, которому нет конца и края. Я так сильно напугана тем, что мне хорошо, что прогоняю прочь это воспоминание и терплю боль...Сильные, нежные, закрывающие от жестокого мира руки. Тепло его кожи. - Тише, любимая. Я рядом. Клянусь, все будет хорошо. Верь мне. Я с тобой, просто помни об этом, моя дорогая девочка.

Снова сладкий чай и изумительно вкусный шоколад. Неподвластная законам логики нежность.

– Что тебе приснилось? Что тебя так испугало? Скажи мне!

– Это не в первый раз...
– всхлипываю, но его руки окружают защитным полем, снимая страх и эмоциональную нестабильность. Заминка. Стальные бицепсы ощутимо напрягаются.

– С кем? Когда?

Вот теперь мне хочется улыбаться... Да что за гребаная меланхолия?

– С тобой... После ремня.

– Ты молчала?

– Я и сама не поняла, что это было...

Кажется, мне удалось его шокировать, и не слабо. Сколько раз я потом проклинала себя за подобную откровенность? Но сейчас мне было хорошо. Даже от того, что я делала самого ненавистного врага счастливым. А получить признание от такого монстра...