Он стал наблюдать за этим отпрыском порока, замечая, как тот всё сильнее задирает нос, начиная презирать собратьев вокруг, начинает помыкать ими, как простыми куклами, вести их туда, куда душе угодно. Терпел Творец, надеясь на благоразумие мальца, но самоуверенность и властность всё сильнее крепли в душе Вельтора (так звали этого героя), ведя его к тому, что однажды он презрел самого Создателя, бросив тому вызов. И держал тогда Творец с ним спор, говорил ему, чтобы тот остановился, подумал, ибо знания есть и сила, и богатство, и благо, и только самый мудрый сможет использовать их так, чтоб силы мироздания держались в гармонии и великой благости. Но не слушал этих слов Вельтор, не хотел признавать всей правды, что твердил ему Всевышний, требовал от Него дать ему силу Созидать! Это была единственная великая сила, которой был лишён чудный народ, так как за него сим занимался сам Бог и его сподвижники – материи.

Разгневался тогда Творец, захотел испепелить Вельтора, и держал с ним битву великою, сотрясшую весь живой ареал. Противники тогда так распалились, что изничтожили всё вокруг, разрушили всё живое и весь тот мир, в котором привык существовать народ Вельтора. Погибли города, погибла природа, погиб и сам народ. Все, кто выжил в катастрофе, сошли с ума и обезобразились телом, сгинув во тьме. А Творец и Вельтор выжили, оставшись стоять среди руин. И понял тогда юноша, что сотворил великое горе, упал на колени перед Создателем, просил у него вернуть всё на место и наказать его, стервеца проклятого, но не возжелал Господь говорить с ним, возненавидел он Вельтора и подобных ему, исчез в облаках.

И явился тогда к рыдающему, уничтоженному юнцу Великий Дух в образе огненной птицы, и держал слово перед ним. «Ты хотел творить, а, ослеплённый силой, уничтожил всё вокруг. Ты хотел созидать добро, но своими руками заложил основу Тьме и Хаосу, которые теперь будут вечно блуждать среди этих руин и в умах тех, кому посчастливилось остаться в живых. Ты просил Силу Созидать, но это не сила, это труд. Отныне ты самый великий на этом пустыре, и в твоих руках судьба сих изничтоженных земель. Но помни, всё созданное нужно уметь защищать. Расплата за добро отныне будет только зло, которые ты, раз учинив, распространил навеки «. И лил слёзы Феникс на землю, и под каплями из правого глаза рождались цветы, а под каплями из левого разгорался огонь. И собирал Вельтор капли в руки, прожигавшие кожу и въедавшиеся в плоть. И рыдал он от счастья, восславляя Создателя. И было начало новых времён…

Короче, бред собачий. Однако в ту ночь ко мне никто не заявился. Я решил больше не искушать судьбу, и, вспомнив о своих последних дружеских связях, поспешил к свояку в Эйкум-Кас, пережив ещё три дня в полном страхе перед неведеньем. Свояк мой крутился, и, как я знаю, до сих пор крутится в достаточно серьёзных кругах Ренессанса, и, мало того, по совместительству работает на Тёмный Орден, посему можно было надеяться на кое-какую защиту. Согласился тот взять меня под патронаж, но исключительно за плату моим трудом. Вот с тех пор меня никто больше не преследовал. Но я так и не оставил этой истории, и вёл собственные исследования, обнаруживая всё больше интересных подробностей… – на последнем слове Яна сильно мотнуло, и он еле удержался на стуле. – Похоже, я готов.

Данила хотел издать скептический смешок, мол, как всегда, бабушкины сказки, но тут дверь кабака с грохотом распахнулась, и внутрь ворвалось несколько вооружённых людей. Стоило Даниле развернуться, как он увидел рыцаря с золотыми наплечниками, осторожно обводившего взглядом зал. Завидев их с Яном, Строгонов поспешил подойти.

Было тихо. Эльф куда-то пропал. Охранять спящих он и не собирался. Проклятый уродец. Небось, заметает какие-то следы. Даже не пришёл сменить пост. Хотя, конечно, его могли сожрать, но почему остальных не тронули? Да и не было слышно никаких подозрительных звуков. Короче, и так ясно!

Ромунд, наложив на всякий случай пару магических заклинаний для защиты себя, любимого, решил проверить место, которое обнаружил не так далеко отсюда, подыскивая вместе с Мердзингером местечко для отдыха. Что-то странное таилось за меченой дверью. К этому моменту у юноши почти не оставалось сомнений, что проклятый получеловек что-то знает, и сильно нервничает, ведь Ромунд своим пытливым умом подмечает всё больше и больше странных вещей, которые эльф, скорее всего, должен скрывать от отряда. Однако почему тогда согласился идти вниз? Испугался варсонгов? Или мы ищем не оставшихся в живых, а что-то другое?

Выходя из занятого остатками отряда помещения, юноша осторожно огляделся. Пустой коридор хранил молчание. Разве горевшие факелы потрескивали магической смесью, залитой в специальные сосуды с топливом.

Постояв в дверях пару минут и помотав головой из стороны в стороны, маг двинулся вперёд, на всякий случай запечатав вход парой сигнальных заклинаний, которые, случись что, разбудят всех спящих. Правда, что значит «случись что»? Да вот так. Хоть муха пролетит через проём входа, и милым товарищам спать не придётся. Но у Ромунда есть, что ответить на возможный гнев невыспавшихся соратников.

Медленно двигаясь, юноша старался вслушиваться в любой звук, постоянно оборачиваясь назад, где сиял светом трапезный зал. Что-то не нравилось магу в тишине. Что-то она скрывала. Нечто страшное. От этих мыслей у Ромунда пошли мурашки по коже, и он постарался вспомнить что-нибудь приятное, отлично понимая, что в этом месте воображение может сыграть с ним злую шутку.

Достигнув помеченной комнаты, Ромунд остановился в некоторой нерешительности. А что, если там засада или ловушка? Надо проверить. Жаль, посох забыл. Но и без него можно справиться. Не сильно он повышает сосредоточение потоков, больше служа как тупое средство убийства.