— Не забывайте о Рине

Пиллар указал на маркёрную доску в дальнем углу полицейского помещения.

— Они изъяли из Айрен Стоун распечатки, принадлежавшие Рине Ланг. У нее судимость за мошенничество, угрозу физическим насилием и воровство. Мы ее тоже разыскиваем.

Паркер посмотрел на Лукаса.

— Тебе понадобится адвокат.

Лукас вскинул подбородок.

— Я вас нанимаю.

Они отправились назад в офис Паркера обсудить некоторые моменты. Лукас чувствовал сначала растерянность, но Кэндис успокоила его. Пока они ждали возвращения адвоката, она его нежно целовала.

— Ты можешь поверить во все это? — спросил Лукас.

— Это все достаточно странно.

— Я имею в виду, каковы шансы, что Вселенная подтолкнула бы меня в этом и ответит на все эти вопросы одним махом?

— Я не могу поверить в то, что этот адвокат просто оказался адвокатом. Из всех адвокатских контор, в которые Ангус мог пойти, почему он выбрал эту?

Лукас покачал головой.

— Я хотел бы объяснить это. Или все это. Может быть, в конце концов, Вселенная только что видела его установку.

— Это то, чему ты приписываешь все это? Вселенной?

— Я не знаю.

— Я имею ввиду, почему не Иисус? Ни Будда? Ни Аллах?

Лукас задумался над этим. У него не было никакого ответа.

— Я не знаю.

— Ну, может быть, ты должен подумать и об этом тоже. Возможно, в одном из них ты найдешь ответ.

Лукас задумчиво посмотрел на нее.

— У тебя сложные отношения с религией.

Кэндис медленно кивнула.

— Я нахожусь в противоречии. Я верю в Бога. Разве ты нет?

Лукас поджал губы.

— Верю, но я никогда не считал, что Он стоит за всем этим. Бог — понятие сложное. С одной стороны, мне хочется, чтобы Богом все объяснялось. С другой стороны, я считаю, что люди сами являются творцами своей судьбы. Мы благодарим Бога за добро и укоряем Его за зло. Он нам нужен в любом случае. Но в итоге, некоторые вещи имеют на самом деле божественное происхождение.

Она улыбнулась.

— Он мог бы быть причиной всего.

— Может быть.

— Мой отец обратился к Богу с просьбой помочь ему пережить смерть моего брата. Мать отреклась от Бога в гневе. Как видишь далеко ходить не надо, чтобы объяснить мои противоречивые чувства.

— Самое замечательное у Бога то, что Он, или Она, или Они …не допускают дискриминации…а вот религия допускает. Мы можешь чувствовать и верить во что угодно, соглашаться с чем угодно. Я не собираюсь тебя осуждать.

Паркер вошел в комнату и подошел к большому белому шкафу.

— Извините, что заставил вас ждать. Он открыл шкаф и выудил из него папку. Он бросил ее на стол и раскрыл. — Первое, что нам предстоит сделать, это прямо сейчас открыть вторичный счет на твое имя для снятия денег, о котором будешь знать только ты один. Мы можем воспользоваться корпоративным именем, как в свое время сделал Ангус. Рано или поздно мы получим контроль над всем твоим наследством. Оно в любом случае зарегистрировано на твое имя, просто на него претендует не тот человек.

Кэндис неуверенно улыбнулась.

— Что входит в наследство?

Паркер придержал маленькую пару очков для чтения.

— Ну, есть дом еще в Хэкеттстоуне, скромный с четырьмя спальнями на восьми гектарах. Оценочная стоимость составляет 485 000 долларов из-за настолько плохого состояния. Потом есть загородный домик в северной части Нью-Йорка, недалеко от Итака в Каюга Хаитс. Этот трех-спальный домик расположился на участке 10 акров, оценочная стоимость которого 535 000 долларов. Потом есть пляжный домик на острове Санибэл, во Флориде, трех-спальный домик в стиле современной архитектуры, оценен в 1 850 000 долларов. Теперь вы видите, эти оценочные стоимости были взяты из имущества, то есть им несколько лет.

Он переместился на следующую страницу.

Кэндис посмотрела на Лукаса.

— Как чертовски были богаты твои родители?

Паркер указал на лист.

— Оу, есть многое и многое другое. В дополнении к этим трем домам, есть также достаточно много фондовых инвестиций и денежных средств. Все сказали, что когда Ваши родители умерли, их оценочная стоимость была в районе 187 миллиона долларов.

Лукас чувствовал себя как во сне. Он чуть со стула не упал.

— Вот это да!

Кэндис ахнула.

— Это смешно.

Паркер продолжил:

— Конечно, Ангус успел пустить на ветер денежных средств на сумму порядка двадцати восьми миллионов. Также еще около 15 миллионов он конвертировал в акции. Вдобавок, как вы уже знаете, он приобрел объект Айрон Стоун Маунтейн, земли и строения которого оцениваются в 11,5 миллионов долларов. Тем не менее, он может снова отойти государству, как доказательство в совершении тяжкого преступления.

Лукас сунул руки в волосы.

— Это невероятно.