— Обещаю. — Он закрыл дверь, и я немедленно щелкнула замком.

Где-то тут был фонарик. Я пошарила по полу, пока пальцы не задели край коробки. Внутри нее я нащупала бумагу, что-то гладко-твердое, как шлифованный камень, и фонарик. Я включила его и с облегчением выдохнула, когда кладовая наполнилась мягким золотым свечением.

Из передней части дома доносились крики. Я съежилась в углу, подтянув ноги к груди. Теперь, когда я могла видеть, я заглянула в коробку.

Там была наша с Дэни фотография. Ожерелье. Гладкий камень. Пригоршня монет и плоский бумажный журавлик. Я вытащила журавлика и расправила его тельце.

Его сделал Ник. Мысль пришла ко мне неожиданно и ощущалась более реальной, чем все остальные, с тех пор, как я очнулась в медицинском кабинете с головной болью и проводами на голове. Ник бы там. Он был первым человеком, которого я увидела, открыв глаза, и он тут же показался знакомым. Я набросилась на него, обхватив руками за шею. Он пах овсянкой, кофе, коричневым сахаром и мылом. И то, как он обнял меня в ответ, говорило, что мой мечущийся разум не ошибся на его счет.

— Все в порядке, — успокоил он и неуклюже погладил меня по спине. — Несколько часов все будет сбивать с толку, но потом вспомнится.

— Где я? — спросила я, чуть не сказав: "кто я?", но имя Анна вовремя пришло на ум. — У меня амнезия?

Ник кивнул.

— Временная. Ощущения у тебя из-за нее дерьмовые, но с тобой все будет хорошо.

— У тебя раньше была амнезия?

Ник просто молча смотрел, не отвечая, и до меня быстро дошло, что он сказал "у тебя". Он имел в виду, что у меня уже была временная амнезия, и после этого я тоже чувствовала себя фигово.

— Я заболела? — спросила я, и этот вопрос вызвал у Ника улыбку.

— Нет, птичка. Ты здорова.

"Птичка". Это прозвище тоже было мне знакомо.

Сидя в кладовке, я вертела бумажного журавлика, зажатого между пальцами.

В коридоре громко закричали. Что-то рухнуло на пол. Выругался Ник. Закричала Дэни. Мне хотелось посмотреть, что произошло. Я не желала отсиживаться в кладовке, дожидаясь, пока все не закончится.

Мне нужно было убедиться, что с ними все в порядке.

Замок громко щелкнул, когда я открыла его, и я подождала немного, чтобы проверить, не слышал ли кто. Но все было тихо.

Я чуть-чуть приоткрыла дверь, выскользнула из узкой щелки и на цыпочках пошла по коридору. В холле я выглянула из-за стены.

Дэни, Ник, Сэм и Кас стояли в ряд спиной ко мне, подняв руки. Пистолет отца был направлен на них, но там был еще один мужчина. И у него тоже был пистолет. Мне казалось, я знала этого человека, но никак не могла вспомнить его имени. Он был высоким, светловолосым и таким привлекательным, каких я еще не видела вживую.

"Как кинозвезда", — подумала я, но когда он улыбнулся, по моей спине пробежал леденящий ужас.

— Где они? — требовательно спросил блондин все еще с обворожительной улыбкой на лице. — Расскажешь, куда дел документы, которые украл, и сможешь уйти, прихватив с собой маленькую Анну.

Папа моргнул и, посмотрев на мужчину, опустил пистолет.

— Нет, они не сделают этого. Они не заберут мою дочь!

Мужчина повернулся к отцу.

— Заткнись, Чарльз.

Папа затрясся от гнева.

— Я не одна из твоих натренированных макак, Коннор. Ты не можешь командовать мной.

— О, не могу? — ответил тот. — И что же ты сделаешь со мной? Может, пару раз врежешь? Или хорошенько встряхнешь? А, может, ударишь головой об стену?

Отец отшатнулся.

— Позволь напомнить тебе, кто я такой. Я не твоя жена. Не твоя дочь. И в драке ты не сможешь меня победить. Поэтому закрой свой чертов рот, Чарльз, и отойди. Я сам с этим разберусь.

Все это Коннор произнес сквозь стиснутые зубы с улыбкой на лице. Что взбесило папу еще больше. Он бросился на Коннора, размахивая пистолетом, как дубинкой.

Он замахнулся на Коннора, но мужчина пригнулся и заехал ему кулаком в бок. Отец упал и выронил пистолет. Тот с грохотом полетел на пол. Мама с Дэни обе бросились к пистолету, но мама оказалась быстрее. Тогда Дэни заехала ей ногой, и мама тяжело упала на задницу, все еще сжимая в руке пистолет. Она направила его на Дэни, но тут ее ударил налетевший Кас.