– Что это еще за дьявольщина! – вскричал Лео испуганным сердитым голосом.

Айша ничего не ответила.

Скелеты набросились на наших телохранителей; вне себя от ужаса, бедняги побросали оружие, некоторые даже упали на колени. А призраки беспощадно разили их своими копьями; умирая, они перекатывались по земле. Закутанная в пелены фигура надо мной показала на Лео и вскричала:

– Схватите его! Но смотрите не пораньте! Я сразу узнал голос Атене.

«Измена!» – хотел было я завопить, но тут особенно рослый и кряжистый скелет оглушил меня могучим ударом по голове. Хотя крик и застрял у меня в горле, некоторое время я все еще оставался в сознании. И видел, как Лео сражается с многочисленными нападающими, которые пытались сбить его с ног; он сопротивлялся с таким неистовым напряжением сил, что изо рта у него хлынула кровь: должно быть, лопнул какой-то сосуд в легких.

Затем я перестал видеть и слышать, только успел подумать, что умираю, и провалился в беспамятство.

Почему меня тогда не прикончили – я так и не знаю; может быть, переодетые воины второпях решили, что я уже мертв, или им было велено пощадить и мою жизнь. Во всяком случае, кроме удара по голове, я не получил никаких других ушибов или ран.

Когда я наконец очнулся, был уже день. Надо мной склонялось спокойное, кроткое лицо Ороса: жрец вливал мне в горло какое-то снадобье, которое жарким теплом разливалось по всему моему телу, растапливая завесу в моем мозгу. Около него стояла Айша.

– Говори, человек, говори! – произнесла она угрожающим тоном. – Что здесь случилось? Ты жив, а где мой господин? Куда ты подевал моего господина? Говори – или я тебя убью.

Все было в точности так, как мне привиделось, когда я потерял сознание во время снежного обвала.

– Его похитила Атене, – ответил я.

– Атене похитила его, а тебя оставила в живых.

– Не гневайся на меня, – сказал я. – Тут нет моей вины. Ты же предупредила нас, что можешь позвать ночью; вот мы и поддались на обман.

И я как можно короче описал случившееся. Выслушав меня, она подошла к нашим телохранителям, чьи копья даже не были обагрены кровью, и поглядела на них.

– Их счастье, что они мертвы! – воскликнула она. – Вот видишь, Холли, к чему приводит милосердие. Люди, которых я пощадила ради моего повелителя, подвели его в решительный час.

Она прошла вперед – к том месту, где схватили Лео. Здесь лежал его сломанный меч – тот самый, что принадлежал Хану Рассену, – и двое убитых. Оба – в облегающих черных одеждах с грубо нарисованными на них мелом скелетами и выбеленными – мелом же – лицами.

– Уловка для дураков, – презрительно сказала она. – И подумать только – Атене посмела играть роль Айши! Какова наглость! – Она сжала пальцы в кулачок. – Его захватили врасплох, врагов было много, – и все же он сражался отважно. Скажи, Холли, его ранили?.. Я вижу… нет, нет, я верно, ошибаюсь…

– Не совсем, – нерешительно произнес я, – у него шла кровь изо рта, немного. Вот ее пятна, на скале.

– За каждую каплю его крови я лишу жизни сто человек! Клянусь! – со стоном пробормотала Айша. И тотчас же звонко закричала:

– По коням! Сегодня у меня много дел. Нет, погоди, Холли; мы поскачем кратчайшим путем, пока армия будет обходить ущелье. Орос, накорми, напои и подлечи его. Это только ушиб: толстый капюшон и густые волосы смягчили удар.

Пока Орос втирал в мой скальп какую-то жидкую, жгучую мазь, я ел и пил; скоро голова моя прояснилась, хотя удар был тяжелый, черепная кость все же выдержала, не треснула. Когда я почувствовал себя лучше, к нам подвели коней, мы сели и медленно поехали вверх по крутому руслу ручья.

– Смотри, – сказала Айша, показывая на колеи и отпечатки копыт на равнине. – Для него была уже приготовлена колесница, запряженная четырьмя быстрыми лошадьми. Атене хорошо продумала и осуществила свой замысел, а я была слишком уверена в себе и беспечна – и все проспала.

На равнине уже выстраивалась армия племен, которая еще до рассвета снялась с лагеря; была тут и кавалерия, если можно ее так назвать: около пяти тысяч всадников, каждый с запасным конем. Айша созвала вождей и военачальников и обратилась к ним с такими словами:

– Слуги Хес! Моего чужеземного господина, жениха и гостя, заманили в хитроумную ловушку и захватили заложником. Необходимо вызволить его как можно скорее, пока ему не причинили никакого вреда. Мы спускаемся, чтобы атаковать армию Хании за рекой. Когда мы переправимся через реку, я поскачу дальше вместе с всадниками, ибо сегодня ночью я должна спать в городе Калун. Что ты говоришь, Орос? Что его стены обороняет вторая, более многочисленная армия? Я знаю и, если понадобится, уничтожу эту армию. Не смотри на меня удивленными глазами. Считай, что они уже мертвы… Всадники, вы будете сопровождать меня.