c

Калликл.Да, и все прочие желания, которые испытывает человек; если он может их исполнить и радуется этому, то он живет счастливо.

Сократ.Прекрасно, мой любезнейший! Продолжай, как начал, да смотри не смущайся. Впрочем, похоже, что и мне нельзя смущаться. Так вот, прежде всего скажи мне, если кто страдает чесоткой и испытывает зуд, а чесаться может сколько угодно и на самом деле только и делает, что чешется, он живет счастливо?

d

Калликл.Что за нелепость, Сократ! Можно подумать, что ты ораторствуешь перед толпою!

Сократ.Как раз так, Калликл, я сбил с толку и привел в смущение Пола и Горгия, но ты, конечно, не собьешься и не смутишься – ты ведь человек мужественный. Отвечай же.

Калликл.Хорошо. Я утверждаю, что и тот, кто чешется, ведет приятную жизнь.

Сократ.А раз приятную, значит, и счастливую?

Калликл.Совершенно верно.

e

Сократ.Тогда ли только, если зудит в голове или… или можно дальше не спрашивать? Подумай, Калликл, что бы ты отвечал, если бы тебя стали спрашивать и про остальное, про все подряд? И в конце концов – про жизнь распутников, не чудовищна ли она, не постыдна ли, не жалка? Или ты отважишься утверждать, что и распутники счастливы, раз у них вдосталь того, что им нужно?

Калликл.Неужели тебе не совестно, Сократ, сводить нашу беседу к таким низостям?

495

Сократ.Разве я ее к этому привел, мой почтенный, а не тот, кто напрямик, без оговорок объявляет счастливцем всякого радующегося, чему бы тот ни радовался, и не делает различия меж удовольствиями, какие хороши, какие дурны? Впрочем, и теперь не поздно высказаться, считаешь ли ты приятное тем же самым, что благое, или среди приятных вещей есть иные, которые к благу не причислишь.

Калликл.Я войду в противоречие с самим собой, если признаю, что они не одно и то же, стало быть – они одно и то же.

Сократ.Ты нарушаешь, Калликл, прежний наш уговор и больше не годишься исследовать существо дела вместе со мною, если впредь станешь говорить вопреки собственному мнению.

b

Калликл.Но и ты тоже, Сократ.

Сократ.А разве я так поступаю? Тогда я тоже виноват, одинаково с тобою. Но вдумайся внимательно, мой дорогой, может быть, не всякая радость – то же, что благо? Ведь в противном случае неизбежны, по-видимому, и все те постыдные выводы, на которые я только что намекнул, и еще многие другие.

Калликл.Это ты так думаешь, Сократ.

Сократ.И ты действительно на этом настаиваешь, Калликл?

Калликл.Да, настаиваю.

Сократ.Значит, мы приступим к обсуждению, исходя из того, что ты нисколько не шутишь?

c

Калликл.Какие уж тут шутки!

Сократ.Тогда, раз ты так решил, объясни мне, будь любезен: ты признаешь, что существует знание?

Калликл.Признаю.

Сократ.А не утверждал ли ты совсем недавно, что существует и мужество – наряду со знанием?

Калликл.Да, утверждал.

Сократ.Мужество – это не то, что знание, это две разные вещи, так ты полагал?

d

Калликл.Да, совсем разные.

Сократ.Пойдем далее. Удовольствие и знание – одно и то же или нет?

Калликл.Нет, конечно, премудрый мой.

Сократ.И мужество, разумеется, – не то же, что удовольствие?

Калликл.Еще бы!

Сократ.Давай же как следует это запомним: Калликл ахарнянин [47]считает, что приятное и благое – одно и то же, а знание и мужество отличны и друг от друга, и каждое в отдельности от блага.

Калликл.А Сократ из Алопеки в этом с нами не согласен. Или же согласен?

e