У подполковника Силкина не хватало сил, как он выражался, "заткнуть фонтан Изюмову". У Аркадия Марковича оказались слишком серьёзные связи. Адвокат не давал ему покоя ни днём, ни ночью. Всё время держал в напряжении, угрожая отнять неправедно нажитые квартиру, машину и дачу. Силкин чувствовал, что ему не устоять. И вдруг, как манна небесная, пришла новость, Мишель отказался от всех претензий и укатил в Санкт-Петербург к тётке и, кажется, навсегда.

У Изюмова подскочило давление, а Силкин впервые вздохнул спокойно.

Подполковник ходил по комнате из угла в угол перед присмиревшей Кристиной и повторял:

– Это победа! Полная и безусловная победа! Испёкся твой Мишель! Кишка тонка! Выдохся! Квартирка теперь, точняк, наша.

Силкин остановился посредине комнаты и уставился на Кристину немигающими с зеленоватым отливом, глазами.

– Ты чего?
– - спросила Кристина.

– Говорил ведь - не торопись продавать "Пежо".

Не послушалась, продала! Теперь на эти деньги разве что задрипанные "Жигули" можно купить! Эх ты, дурында! А всё твоя глупость и жадность! Кстати, половина денег моя. Могла бы дать, на мелкие расходы.

– Обойдёшься! Эти деньги отложены на чёрный день, - поджала губы Кристина.

– Скажи хоть, где прячешь-то?
– спросил Силкин, криво улыбаясь.

– В надёжном месте, - ответила Кристина.

Тема скоропалительной продажи "Пежо" поднималась Силкиным уже не в первый раз. И всякий раз Кристина старалась замять ее на корню. Для неё эта тема представляла опасность, так как кроме автомобиля, она умудрилась продать еще и дачу Мишеля. Паше об этом она не сказала.

Всё получилось чисто случайно: сначала продалась машина, потом, тот же покупатель предложил хорошую цену за дачу. Если Паша об этом узнает - беды не миновать. Потом, как-нибудь, при случае, Кристина ему расскажет. И всё будет хорошо. Ведь как получилось с беременностью: она дождалась удобного момента, и вот результат - Силкин даже не сомневается, что ребёнок от него. С дачей будет точно также. Она найдёт удобный момент и расскажет ему, но не сейчас. Сейчас Силкин сгоряча может бед натворить. Уж очень он крут! Но тем и люб, что настоящий мужик!

Деньги, вырученные от продажи машины и дачи, в американской валюте, Кристина прятала в туалете за бачком.

– Кто знал, что Мишель возьмёт и сам уедет?
– оправдывалась Кристина.

– Я знал. И уехал он "не сам", а кое-кто ему помог.

Кристина поцеловала Силкина.

– Что правда - то правда! Ты молодец! Но мне опять как-то не по себе. Что если Мишель вернётся? Тогда всё сызнова: суд, допросы. Адвокат-то, Изюмов, вон какой хитрый еврей!

– Эх, голубка моя! Мы тоже не лыком шиты. Не бери в голову, а бери в...

После того, как за раскрытие дела о взрыве в метро ему присвоили подполковника, и после того, как улетучились последние опасения, что его могут разжаловать обратно в капитаны в связи с изъятием из дела ботинка Мишеля, Павел Оскарович Силкин стал ругаться чаще и изощреннее.

Коротко отсмеявшись, Силкин сладко зевнул и потянулся.

– Чувствую, теперь мы заживём! И будут у нас, как говорит твоя ма, "кораллы, бриллианты, жемчуга".

– Она не так говорит. Она говорит "кораллы, сапфиры, рубины"... ох, не знаю, не знаю. Сердце чего-то ноет и ноет, ноет и ноет.

– Вот, ядрёна макарона! Не вернётся он! Забудь. А вернётся, так я его угомоню. И хватит об этом, лучше налей чего-нибудь. Жаль мне "Пежо". Толковая тачка была. Сейчас бы на дачу съездили.

– Ой, слабо верится, что Мишель это дело так оставит! Раньше верила, а сейчас... ой, ой, - запричитала Кристина.

У Силкина даже глаза округлились.

– Да сколько это может продолжаться! Надоело!

С этого "надоело" у них начинались все ссоры. Силкин всегда ругался страшными нехорошими словами. Но сейчас Кристина этому была только рада. Она стремилась увести Пашу как можно дальше от скользкой темы о машине и даче. Ссора, как всегда, шла под полным контролем Кристины. И закончилась, как обычно, в нужный ей момент слезами и полным примирением.

Еще не стемнело, а они уже легли в кровать.

Но и после "этого", Кристина продолжала демонстративно вздрагивать от каждого шороха, чем сильно нервировала Силкина.

– Ой! Что это? Уж не Мишель ли вернулся?

– Издеваешься, что ли?.. Кристина знаешь чего?...

– Чего?...

– Не хотел говорить, думал сюрприз сделать. Да, теперь ладно. Командир отпуск мне дал, так что - собирайся, через недельку поедем к морю, в Таиланд, в Пхукет. Рада?

– Так, это ты чего: оформил путёвки Мишеля? И со мной не посоветовался!

– Ну и что с того?

– А если доктор по беременности не разрешит. Всё-таки десять часов на самолёте. Как бы чего не вышло?

– Ничего, обойдется, ты баба крепкая. Раньше вообще без докторов рожали в поездах, в полях и ничего.

Часть 42. Как "культурные люди".

Оставшиеся дни до отъезда в Таиланд прошли в сборах. То одно нужно было купить, то другое. Всё шло нормально. Вот только Павел Оскарович вёл себя как-то странно. Во-первых, он покупал всё, что просила Кристина, хотя раньше спорил о всякой мелочи. Во-вторых, он начал тратить деньги на то, что она и не просила, на всякую ерунду: то коробку конфет принесет; то духи; то вина дорогого французского; то рому кубинского; то прикупит фигурку какую, фарфоровую, с влюбленными в дурацкой позе.