Шрифт:
Юля приехала в пятницу вечером, и ее встречали все, кроме Егора, уехавшего еще в четверг и не вернувшегося к этому времени. Юлька произвела неизгладимое впечатление на детей внимательностью и умом. Катя лишь посмеивалась, она замечала некоторое пренебрежение к женщинам в целом, где были исключения, такие как она сама или бабушка, а тут такой феномен.
Потом был ужин, после которого парни ушли гулять, а Катя, сев на кухне, стала изливать душу. Поначалу она еще пробовала сдержаться, но поняв, что подруга не против, полностью отдалась во власть эмоций. Юля слушала, задавала вопросы, подсказала мелочи и сумела вернуть спокойствие. Катя вдруг осознала, что просто боится сделать шаг и ошибиться, хотя так же сильно боится не сделать этого шага. Слова, услышанные от вменяемого человека, мигом расставили все по своим местам.
Потом приехал Егор, и на какое-то время воцарилась суета. Но тут Юлька вытянула детей на проводы - она уезжала. Катя простилась с подругой, почувствовав себя свиньей - дернула человека просто так, но тут отвлеклась на Егора и смогла просто обнять его. Егор опешил и вдруг спросил.
– Ты решила?
– Да, я останусь?
– Наконец-то.
Он привлек к себе Катю, и они с упоением принялись целоваться.
Тут на кухню вошла статная женщина лет под шестьдесят. Она производила странное впечатление - величественное что ли. Быстрый взгляд на них и укоризненно:
– Егор!
– Мам, здравствуй.
Мама Егора задумчиво рассматривала Катю так, что той стало некомфортно. А потом вдруг улыбнулась.
– Добро пожаловать в семью. Меня зовут Антонина. Можешь называть меня бабушка Тоня.
– Катя, - пискнула она.
– Приятный голос.
Катя кивнула. Тут Егор прикрыл ее плечом.
– Мам, не пугай, - негромко попросил он.
– Не пугаю. Сынок сходи к остальным, что они там делают.
– Мам.
– Егор.
Катя чуть подтолкнула в плечо.
– Иди. Все будет в порядке.
– Точно?
Егор внимательно изучил Катю и негромко сказал.
– Я рядом.
– Хорошо.
Он ушел, а Катя растерялась, она понятия не имела, как себя вести.
– Ужин? Чай? Правда, только травяной, почему-то тут не любят другие чаи.
– Это у них от меня, - улыбнулась Антонина.
– Что они тебе заваривают?
– Вот.
Катя достала термос и передала маме Егора. Потом, подумав, начала собирать на стол.
– Наверное, все проголодаются, а дети едят много.
– Это точно. Мальчишки всегда много едят, - с улыбкой отозвалась та.
– Как вы познакомились с Егором?
– У Юли...
Катя, вздохнув, принялась рассказывать, Антонина помогала с готовкой. Когда первоначальная неловкость прошла, девушка вдруг осознала, что ей спокойно, Антонина не подавляла и не мешала, она была правильной и ... теплой, что ли. Доброжелательность, понимание, отсутствие осуждения.
Катя разговорилась и расслабилась. Через какое-то время на кухню ввалились все, причем довольные и воодушевленные. За столом все поместились, пусть и с трудом. Судя по тому, как копалась в еде Антонина, ее чем-то не устроила готовка, но вслух ничего сказано не было, остальные ели и нахваливали. Правда все снова смели, но Катя уже почти привыкла к таким размахам.
После ужина толпа переместилась в гостиную. Ну, кроме Николая, тот что-то ушел проверять. Дети принялись обсуждать массаж, и ощущение 'принятия' братья не поняли. И тут Егору страшно повезло - он стал подопытным кроликом.
Катя подсказывала, Денис и Игнат демонстрировали навыки. Шаман сидел и что-то мастерил, а Антонина, устроившись рядом и положив голову мужу на плечо, наблюдала за всей этой суетой.
Николай вышел на улицу. Катя немного растерялась.
– Катя, - позвала ее Антонина.
– Чаю?
– Да, спасибо.
Катя села рядом и, взяв кружку, подала ее Денису. Тот просто кивнул.
– Ой, простите, я уже привыкла, в этом доме все остальные знают лучше, что мне пить, - смущенно пояснила Катя.
– И кофе найти не могу, хотя все поклялись, что не выкидывали. Странно да.
Антонина рассмеялась и укоризненно заметила:
– Так нельзя.
– Вы о чем?
– не поняла Катя.
– Я об отводе глаз, который они сделали.
– То есть я просто не вижу?
– сообразила Катя.
– ЕГОР!
– А что Егор?
– возмутился тот.
– Тебе надо было отучаться от кофеина.
– Но не такими же методами! А зеленый чай? Там было две пачки.
– Мусор, а не чай, - отмахнулся он.