Машина резко вильнула, дернулась и замерла. Майкл повернулся ко мне всем корпусом и начал разглядывать. Только теперь он будто оценивал противника. Так смотрят на равных. Неужели и этот увидел во мне мужика? Не хотелось бы. Вот с ним я бы предпочла остаться женщиной.

– Приехали.
– сказал он минут через десять.
– На выход, - и покинул машину.

Пока я возилась с ремнем безопасности, Майкл обогнул транспорт и открыл дверцу с моей стороны. Подал руку. Я осторожно вложила свою ладошку с его лапищу, в которой поместилось бы три моих, и выбралась на улицу.

– Ну что, Элис, готова полетать?
– подмигнул он мне.

– Не знаю. Не пробовала еще.

Мою руку он не отпустил и мы вошли в аэропорт, как школьники на первом свидании. Но мне было все равно, как это выглядит со стороны, лишь бы он ко мне прикасался. Я чувствовала себя...правильно. Будто так и должно быть. Спокойно и надежно. Как за каменной стеной.

Интересно, какой из него любовник? С одной стороны он привлекательный мужчина, а с другой...он слегка пугал. Такой холодный и отстраненный. Сосредоточенно шагает вперед, будто позабыл, что я семеню за ним на высоченных каблуках.

– Майкл, - осторожно позвала я. Он замер и повернулся ко мне.
– помедленней, если не хочешь, чтобы я себе ноги переломала, - виновато прошептала я.
– Я уже разучилась ходить в этих кандалах.

Он хмыкнул и подхватил меня на руки.

– Мы на рейс опаздываем, - и бодро зашагал к столу регистрации.

Эта девчонка заставляет меня нервничать одним своим видом, но стоит ей открыть рот я просто впадаю в ступор. Когда я был на первой охоте и узнал о традициях...отец долго ржал, глядя, как меня выворачивает. Я больше никогда сырое мясо не ел, даже строганину на дух не переношу. А она...свежую кровь пила! С кем я имею дело? Много ли у нее тайн? Полно! Только почему она со мной ими так спокойно делится? Ждет от меня того же? Или просто не считает такие вещи тайнами?

Теперь вообще на руки ко мне забралась. Причем расслабилась и пристроила голову на моем плече, даже не замечая, что дышит мне в шею! Или замечая? Она это специально делает? Тогда почему не обняла меня, а руки на груди сцепила и скроила недовольную рожицу? Тоже специально?

Желание поцеловать ее росло с каждым выдохом, но в этом случае я просто затащу ее в первую же дверь и...и что? Что делают с женщинами, которых хотят? Во-от! А я не знаю!

У стола регистрации я быстренько поставил Элис на пол и, желая ее позлить, быстро заговорил с девушкой по-французски.

Когда я получил билеты и повернулся налево, чтобы взять девушку за руку и пойти в самолет...обнаружил пустоту. Элис стояла у огромного окна и смотрела на наш самолет. Я подошел ближе.

– Нам пора. Пойдем.

Она перевела на меня взгляд полный ужаса и прошептала:

– Ты уверен, что эта груда металла умеет летать?

– Боишься?
– спросил я и не удержал улыбку.

Она поджала губы. Я взял малышку за руку и потащил к самолету.

– А может мы на поезде поедем?

Я замер. Внимательно посмотрел на нее и опять взял на руки.

– На поезде мы будем ехать неделю, а так через несколько часов на месте будем, - пояснил я.
– Ты ведь, кажется, торопилась?

Она замотала головой и вцепилась в мою куртку мертвой хваткой.

– Лучше позже и живая, чем торопиться и разбиться в...
– она попробовала подобрать слово, а потом выпалила: - в этом!

– Прекрати. Я не первый раз лечу самолетом и еще ни разу не падал. Или ты просто нашла хороший предлог на мне покататься?
– поддел я, пытаясь ее отвлечь.

Она нахохлилась и снова сцепила руки на груди. Мне показалось, или я попал в точку? Точно! Вон и уши покраснели. Ей что, правда, нравится на мне кататься? Мне радоваться, или расстраиваться? На лице расплылась идиотская улыбка.

– Прекрати скалиться, - зашипела она.
– и поставь меня! Я сама могу идти!

– В этих, как ты сказала, кандалах?
– хмыкнул я.
– Мы тогда точно на рейс опоздаем!

– Вот и отлично!
– кивнула она.

Я только вздохнул и покачал головой.

У входа в самолет я на пару секунд замер, прикидывая, как ухватить девушку, чтобы не стукнуть ее. Плюнул на приличия и, отпустив ее ноги, прижал одной рукой к себе, а второй протянул девушке билеты. На удивленный взгляд стюардессы пояснил:

– Первый раз летит. Боится.