Нужно, наконец, разрешить этот вопрос с проживанием девчонок. Осенью приедет Алла. И вряд ли она поймет, почему он живет под одной крышей с двумя привлекательными девицами. Представив предстоящий разговор, Глеб почувствовал себя неуютно. Но ведь он не собирается делать что-то плохое, и за что ему должно быть стыдно? Однако, оттягивать момент разговора не имеет смысла. Поэтому он встал с кровати и пошел в душ.

*

– Но, Глеб, ты не можешь так с нами поступить!

– Почему? – Глеб смотрел на растерянную девушку. – Свет, я тебя что, прогоняю в ночь и холод? Возвращайся домой, к родителям.

– Я не хочу к родителям. Я отвыкла от них, ну, Глеб….

– Света, давай на чистоту, что ты от меня хочешь? Как ты представляешь себе нашу дальнейшую жизнь? Я ведь буду вам мешать, вы сами должны это понимать.

– Нет, Глеб!

– Нет? Даже когда буду нечаянно вламываться пьяным к тебе в душ? Или когда буду приводить домой девушек? Даже тогда я не буду вам мешать?

Парень заметил, как Оксана, которая не участвовала в разговоре, а стояла, скрестив руки на груди, зябко поежилась и обняла себя руками за плечи. Она словно пыталась отгородиться от этого разговора. Он поймал себя на мысли, что ему хотелось бы знать ее мнение, видеть ее реакцию на его слова, понять, так же ли ей не хочется уходить отсюда, как Свете. Или ей все равно.

– Не будешь мешать, Глеб, мы переживем, правда, Оксан? Чего ты молчишь?

– Я пойду в комнату, Свет. Когда разберетесь, скажешь, собирать мне вещи или нет.

Девушка вышла.

– Осенью моя жизнь изменится, Света, я должен остаться здесь один, ты понимаешь?

– Понимаю, но до осени у нас будет время подыскать себе что-то подходящее. Не вариант возвращаться домой, пойми, пожалуйста. – Девушка жалобно смотрела на него, и Глеб сдался. В конце концов, до приезда Аллы девчонки точно успеют съехать, а до тех пор они ему действительно не слишком помешают.

Оксана переехала в комнату Светы, выезжать из родительской спальни Глеб наотрез отказался. За это девушка заставила его тащить на второй этаж раскладное кресло-кровать, которое она привезла от своих родителей. Пока парень, обливаясь потом, корячился в узком неудобном подъезде, она шла следом и давала бесполезные советы. За это Глеб испытывал страстное желание придушить ее собственными руками. Почему он вообще должен решать ее проблемы? Да уж, когда Оксана неожиданно влетела в его комнату с криками: «Глеб, пошли скорее, мне нужна твоя помощь!», нужно было сначала спросить, что нужно, а не срываться с места и не мчаться вслед за ней.

Установив кресло в комнате, Глеб устало рухнул в него.

– Спасибо. – Оксана держалась рукой за дверь.

– И все?

– Да, можешь идти…. А что ты так смотришь? Я тороплюсь, а мне еще нужно переодеться. – Она все еще стояла в дверном проходе, всем своим видом намекая, что жаждет остаться в одиночестве.

– Переодевайся, это будет мне компенсацией за потраченные силы. – Глеб не понимал, почему он это сказал. Он никогда не был таким. За Аллой он ухаживал долго и осторожно, боясь спугнуть ее слишком пылким проявлением чувств. Был нежен и внимателен, вежлив, сдержан.

Да и с теми девушками, что были до невесты, он тоже никогда не вел себя так развязно, как сейчас с Оксаной. Он должен был просто уйти, а не сидеть здесь и не ждать, как она отреагирует на его слова.

Оксана молча закрыла дверь. Вышла на середину комнаты и потянула с плеча лямку трикотажного платьица, в котором ходила дома.

Глава 4

Тонкая ткань скользнула по стройной фигурке девушки и упала на пол к ее ногам. Оксана спокойно подцепила ее пальчиком ноги и небрежным жестом откинула в сторону. Отвернулась и, подойдя к шкафу, открыла его.

Глеб смотрел на нее, чувствуя, как воздух в комнате накалился до предела. Ему стало жарко, во рту пересохло. Оксана тряхнула волосами, рассыпавшимися по спине, и продолжила копаться в шкафу, не поворачиваясь к нему. Интересно, она понимает, насколько красива? Наверное, понимает, раз так спокойно и без стеснения демонстрирует себя.

Глеб жадно созерцал тело девушки. Внимательно, стараясь не пропустить ни одной детали, рассматривал ее ножки от ступней до самых ягодиц. Она была такая… подтянутая, что ли… Может, спортом занимается? Но, в то же время, ее фигура была очень женственной. Не было характерных для спортсменок рельефных мышц…. Боже, о чем он, вообще, думает? Прямо перед ним стоит полуголая девушка, в одном лишь кружевном белье темно-синего цвета, а он сидит и думает о какой-то ерунде.

«Стареешь, Глеб!» - сказал он себе и тихо встал с кресла.

Оксана никак не могла выбрать, какую вещь достать из шкафа. Такую, чтоб ее можно было красиво надеть. Значит, узкие брюки определенно отпадают. В идеале – платье, которое можно будет надеть через голову, или юбка.

Выбору ужасно мешал сидящий в кресле позади нее Глеб. И чего он там так сопит? Оксана волновалась, ужасно волновалась. Что на нее нашло, спрашивается? Нет, у нее совершенно точно нет тормозов. Сергей, с которым она встречалась уже несколько месяцев, никогда не видел ее такой. А Глеб… парень, с которым она познакомилась пару дней назад…. И почему внутри она вся дрожит? Почему эта ситуация и молчаливое разглядывание Глеба будоражит сильнее умелых поцелуев несостоявшегося любовника?