Только техники, обслуга и надсмотрщики, работавшие здесь по контракту, получали высокую оплату и готовы были сносить грязь, испарения и невыносимые условия жизни ради хорошего вознаграждения. Но рабочие не принимались в расчет. Труд рабов. Среди них были такие, кто продался в уплату за долги, и такие, кто надел ошейник, чтобы прокормить семью, а также кого похитили и привезли сюда как рабочую силу, лишив всякой надежды на спасение.

Остальная часть населения состояла из обнищавших странников, антрепренеров и артистов. Они являлись неизбежным придатком любого общества, где водились деньги и был спрос на их услуги.

Дюмарест остановился, когда они оказались за пределами космопорта. На них устремились взгляды толпы: люди в лохмотьях, изможденные, с потухшими печальными глазами, в которых читалось отчаяние и безнадежная покорность судьбе. Рабы в ошейниках были одеты несколько лучше и содержались в лучших условиях, чем нищие странники. Чуть в стороне пластиковые пузыри, которые служили административными помещениями, сверкали лучами света и тепла. Вокруг космопорта и административных помещений были разбросаны дома, сделанные из местного камня, а также хижины, слепленные из грязи, с провисшими крышами — все это образовывало местный городок. По другую сторону, почти скрытая от глаз, в долине находилась свалка отходов. Это был Нижний город.

При виде всего этого Дюмарест сжал челюсти.

— Эрл, — Калин потянула его за руку, — давай пойдем куда–нибудь погреться. Мне холодно.

Дюмарест расстегнул ремни на своей одежде и набросил куртку на плечи Калин. Лишенная защиты, его кожа мгновенно среагировала на холод.

Солнце позади совершенно не грело. Спереди их тени ползли как отражения ужасных монстров.

— Мы найдем лавку, где раздобудем тебе теплую одежду, что–нибудь на ноги и нож.

— Лучше лазер. — Она не притворялась, что не понимает.

— Ты знаешь, как пользоваться ножом, — подсказал он мягко. — А на лазер нужны деньги.

Итак, только обувь, плащ, нож.

Дюмарест посмотрел на несколько оставшихся монет и сжал их в ладони. Теперь Калин выглядела совсем по–другому. Ее золотая туника ушла в уплату за более подходящую одежду. Волна огненных волос исчезла под защитным шлемом.

Брюки, облегавшие изящные ноги, утонули в ботинках, которые завязывались так высоко, что доходили до края длинной рубашки, сверху которой был накинут плащ из грубой ткани с зигзагообразными зелеными и желтыми полосами и высоким воротником. Нож с тонким, заостренным на конце лезвием находился в ножнах, которые крепились ремнями слева от ее руки.

Калин довольно хихикнула, когда они встали в пыли главной и единственной улицы поселка.

— Знаешь, Эрл… А это забавно. Я никогда не носила ничего подобного.

И никогда не видела мира, подобного Крону. А Дюмарест видел. Но это был опыт, который ему совсем не хотелось повторять.

Небольшая группа людей спускалась по извилистой дороге, проходящей через весь поселок. Когда они приблизились, Дюмарест сделал шаг назад, освобождая путь. Двое мужчин, согнувшись под тяжестью своей ноши, с трудом тащили на плечах шест, на котором висело что–то бесформенное. Двое других несли охотничье снаряжение и поддерживали с двух сторон третьего. Он обхватил своих спутников руками за шею и с трудом волочил утопавшие в пыли ноги. Лицо его искажала гримаса боли. Сквозь грязь на нем проступала мертвенная бледность. В уголке рта густой струйкой запеклась кровь. Потрепанная туника на груди затвердела от крови. Шестой человек был большим и коренастым. С одной стороны кожа на его лице сморщилась, как будто после ожога.

Кто–то из глубины улицы крикнул:

— Что–нибудь несете, Арн?

Человек с изуродованным лицом сплюнул.

— А как же, — ответил он с горечью. — Много чего. Да все такая дрянь.

Как только группа остановилась возле дома, Дюмарест тут же направился к ним. Кивнув в сторону шеста с добычей, он спросил:

— Как охота? Дичи здесь много водится?

Арн посмотрел сначала на Дюмареста, затем перевел взгляд на девушку:

— Вы хотите нанять людей, чтобы поохотиться?

Когда Дюмарест отрицательно мотнул головой, человек помрачнел:

— Тогда, значит, просто поглазеть? Туристы, наверное?

— Путешественники, — уточнил Дюмарест. — Мы прилетели совсем недавно и только–только успели разместиться.

— Вас двое? — Арн рассматривал Калин. — Это твоя женщина?

— Да, — ответила девушка.

— Плохо, — тоскливо протянул Арн. — Для тебя плохо. Одна ты без труда сумела бы заработать себе на такую прогулку. — Он нахмурился, заметив, как подобрался при этих словах Дюмарест. — Ну ладно, не сердитесь, мистер, — извинился Арн. — У меня сейчас не лучшие времена. Но если нужно, руки у меня еще крепкие.

Его голос прозвучал вяло и невыразительно. Казалось, он сказал это, чтобы в первую очередь убедить самого себя.

Арн поднял грубые руки к плечам, засунул большие пальцы под ремни висевшего на спине мешка и скинул его перед дверью дома. Внутри мешка что–то бряцнуло, и сквозь прореху кое–как сработанного шва Дюмарест успел заметить, как сверкнула металлическая сеть. Те, что несли шест, сделали шаг вперед и опустили свою ношу на землю. Из–под многочисленных складок на чешуйчатой коже показалась клыкастая морда и кольца колючего хвоста.