Мак покачала головой. Это все отговорки.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я прилетел? Хотя бы на несколько дней? — спросил Энди.

— Нет, не нужно. У меня тут полно дел. Знаешь, если честно, я еще никогда в жизни не была так занята, — ответила Мак.

Роберт Грубелаар был более чем удовлетворен информацией, которую она раскопала; больше всего его порадовал тот факт, что у Меган Уоллас не было отношений с Симоном Астоном. Казалось, на душе у Грубелаара стало спокойнее. Еще один счастливый клиент. Но и для Мак это расследование обернулось удачей: после скандальной статьи в газете и шумихи, раздутой прессой вокруг ее имени, телефон не смолкал. Ее услуги как детектива оказались востребованными, и теперь у нее на руках было несколько новых дел.

Ирония судьбы.

Мак была уверена в том, что Каванаги или тот, кто заказал ту грязную статью, рассчитывали дискредитировать ее как профессионала. И мало кто ожидал, что газетная утка возымеет обратный эффект. Похоже, даже дурная слава могла обернуться благом.

Мак оживилась, увидев подъехавший к дому сверкающий голубой ретро-«мустанг» Буги. Крыша была опущена. Она видела, как Лулу выпрыгнула с пассажирского сиденья и поспешила к дому. Буги медленно открыл водительскую дверь и вышел из машины. На нем были узкие черные джинсы и бледно-голубая футболка. Мак с интересом разглядывала его, и сердце молодой женщины забилось чуть сильнее.

— Похоже, я смогу вернуться месяца через четыре, не раньше, — услышала Мак в трубке голос Энди.

— Тебе продлили командировку? Так ведь это хорошо? — Мак догадывалась, что, оказавшись в Квонтико, Энди открыл новые возможности для своей карьеры. Вероятно, он пробудет вне дома дольше, чем рассчитывал. И сейчас Энди пытался как можно мягче сообщить ей об этом.

— Да, — признался Энди. — Надеюсь, что не дольше…

— Нет-нет, это очень хорошо, — повторила Мак. — Я горжусь тобой, Энди. Тебе это нужно. Это будет здорово для твоей карьеры.

— Ты не сердишься на меня за то, что я тогда сказал? — неожиданно спросил Энди.

— Этот разговор был как будто в другой жизни. Не волнуйся, я не сержусь на тебя, Энди. Пусть все идет, как идет.

Не прошло еще и двух недель после его отъезда, но Мак казалось, что это было так давно.

— Я перезвоню тебе позже, — проговорила она после долгой паузы. — Ко мне приехали Лулу и Буги. Не беспокойся за меня, Энди. Береги себя, хорошо? Я тобой горжусь.

Что бы ни случилось, она действительно гордиласьим. Да и собой тоже. Мак не знала, как все сложится дальше, но, по крайней мере, сейчас была готова к любым поворотам. Она помнила, что проблемы имеют свойство разрешаться сами собой.

Мак повесила трубку и поспешила в прихожую, чтобы открыть входную дверь. Уже через мгновение она оказалась в горячих объятиях Лулу.

— У нас «Гаторейд», холодные закуски, куриный суп и куча DVD для киномарафона! Карен сказала, что тоже подъедет после работы. Пожалуй, мы у тебя поселимся на несколько дней.

Мак рассмеялась. Вот тебе и релаксация в домашней обстановке.

Впрочем, она была рада.

Хэмфри Мортимер хлопнул крышкой багажника и, улыбаясь, направился к дому с ворохом пакетов в руках.

— Лулу, ты лучше всех, — сказала Мак подруге.

Кейти Дэвис вышла из своей квартирки в Редферне. В одной руке она держала кошелек, в другой — пустую хозяйственную сумку. Пожилая женщина отправлялась за покупками. Корешки аккуратно вырезанных купонов на скидки в бакалее выглядывали из кармана ее длинного кардигана абрикосового цвета, рукава которого были заштопаны на локтях нитками, по цвету отличающимися от основного тона. Она аккуратно заперла дверь, расправила рваную москитную сетку и вышла на маленькое крыльцо.

Мне нужны молоко, пакетик соуса, три яйца, одна картофелина, одна морковь и одна луковица,подумала она, подсчитывая в уме, хватит ли купонов и сколько денег у нее останется на проживание.

Кейти остановилась.

На пороге лежал сверток.

Как странно.

Она не помнила, когда в последний раз получала посылки. Вся ее почта состояла из счетов и социальных чеков, благодаря которым она держалась на плаву. Женщина медленно нагнулась, чтобы поднять посылку, решив, что та адресована кому-то из соседей. Но она ошибалась. На карточке было четко указано: КЕЙТИ ДЭВИС.

Кейти присела на лавочку, смахнув с досок мятые газеты.

Изловчившись, она просунула ноготь под клейкую ленту, которой была обтянута завернутая в бумагу коробка. Открыв крышку, Кейти заглянула внутрь.

Коробка была доверху наполнена деньгами.

Денег было много.

Для Кейти Дэвис, пятидесятидевятилетней женщины, в сорок лет ставшей безработной, это было целым состоянием. Даже с тех пор, как правительство сочло возможным повысить ей социальное пособие, она не видела таких денег. Никогда. Банкноты были упакованы в тугие пачки, перетянутые эластичными лентами. Кейти с изумлением разглядывала купюры, не уверенная в том, что они настоящие.