— Вот и отлично.

— Так ты на меня не сердишься?

— Нет. Только больше этого не делай.

Когда в два часа раздался телефонный звонок, Мак решила, что это сержант Хант звонит насчет видеозаписи. Прошли уже почти сутки с тех пор, как она передала в полицию запись через Карен. Почему сержант так медлил?

Но это был не Хант.

— Послушай, тут такое дело… Ты можешь срочно приехать в офис?

Мак побледнела. Никогда еще она не слышала такого взволнованного голоса Мэриан — та всегда была хладнокровной, уверенной в себе женщиной.

— Что случилось?

Ответ не развеял тревогу Мак.

— Это не телефонный разговор. Ты можешь сейчас же приехать?

Да, Мак могла.

Она быстро оделась и помчалась в офис Мэриан на предельно безопасной скорости, припарковала мотоцикл прямо у входа и, не снимая шлема, вбежала в здание. Она застала Мэриан в коридоре у дверей офиса, и вид у шефа был встревоженный. Прическа Мэриан не отличалась привычной безупречностью, да и во всем ее облике угадывалась некоторая неуверенность.

И Мэриан была не одна.

— О, здравствуй, Пит, — сказала Мак, с удивлением приветствуя в офисе Мэриан Пита Дона.

Мак познакомилась с Питом, когда он был приглашенным лектором на курсах криминалистики, которые Мак посещала, чтобы получить сертификат частного сыщика. За тот год, что Мак проработала в агентстве, Мэриан пару раз упоминала о Пите, но казалось, он не имеет никакого отношения к деятельности агентства. Частный сыщик со своей командой, он, по сути, был конкурентом Мэриан.

Что происходит? Что Пит здесь делает?

Питу было за сорок, своими длинными руками он напоминал гориллу, а его иссиня-черные волосы были собраны в конский хвост. Пит обладал отличным чувством юмора и обезоруживающе улыбался, но своим внешним видом он производил устрашающее впечатление, что было не лишним в его работе. Бытовала легенда, будто в свое время он был лучшим тайным сотрудником отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков в полиции Нового Южного Уэльса. У него даже были байкерские татуировки — круче, чем у Буги, — а еще он носил дреды, а его голос и внешность выдавали в нем заядлого курильщика и любителя выпить. Умный и храбрый, Пит Дон сумел внедриться в самое сердце организованной преступной группировки штата и помог полиции собрать доказательства, которые впоследствии привели на скамью подсудимых важнейших игроков наркорынка.

Но после долгих лет успешной работы в его карьере произошел срыв — и он едва не лишился жизни после того, как был замечен кем-то из наркодилеров среди участников традиционного авторалли в компании других офицеров отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Пока офицеры наматывали круги на треке, зритель поинтересовался у механика именами участников заезда. И что услышал в ответ? «А, так это тайные агенты отдела по борьбе с наркомафией». Зритель сфотографировал всех офицеров и распространил снимки среди своих приятелей-бандитов. Глупость механика обернулась трагедией. Когда агенты вернулись к своей работе, их встретили «дружки» и чуть ли не выпотрошили в поисках жучков. Двух офицеров забили до смерти, а Питу, на которого напали с ломом, чудом удалось спастись. Но как агент он был разоблачен и уже не смог вернуться к прежней работе. Ему пришлось выбирать: либо перебирать бумажки в полицейском участке, либо начать новую карьеру под новым именем. Пит предпочел заняться частным сыском.

Единственным напоминанием о последней стычке с мафиози был нос без хряща. Не пожелав обращаться к пластическим хирургам, Пит со временем превратил свой нос в предмет для розыгрышей — разумеется, в определенных компаниях. На второй день занятий он заставил Мак прикоснуться к своему носу.

— Ну же, пощупай, — настаивал он. — Хорошо присмотрись, а потом пощупай, и больше он уже не будет отвлекать тебя. — Действительно, на ощупь нос напоминал хлебный мякиш.

Пит расхаживал по приемной, держа в руках устройство, в котором Мак узнала детектор жучков. Детектор был включен, и на его экране вспыхивали и гасли сигнальные лампочки по мере того, как Пит сканировал комнату в поисках вражеских частот.

— Чисто? — посмотрела Мэриан на Пита.

Тот кивнул.

— Кто-то проник в офис, — мрачно сообщила ей Мэриан.

Мак не была уверена в том, что правильно ее поняла.

— Что значит «проник»? Это что, кража?

— Кто-то ее инсценировал.

Офис не показался Мак разграбленным.

— А что пропало? Ты уже знаешь?

— Еще не знаю точно, я пока провожу инвентаризацию. Все было очень хорошо организовано. Чужаки прошлись по картотеке. Вот почему я тебя вызвала. Пропало досье по делу Роберта Грубелаара. Ты случайно не брала его домой?

У Мак кровь застыла в жилах.

— Нет. — К счастью, в ее лэптопе сохранились копии рабочих документов, но кража досье была потенциальной угрозой для конфиденциальности клиента.

— А у тебя сумку украли. — Мэриан сощурила глаза. — Это неспроста.

— Да уж, — согласилась Мак. — Неприятностей вокруг этого дела становится слишком много. А Грубелаар в курсе? — Она обвела взглядом офис.

— Да, его информировали. Кажется, он не слишком расстроен, чего я боялась. Он знает, что его конфиденциальность под надежной защитой, поэтому спокоен. — Мэриан никогда не указывала в досье имен клиентов и их банковских реквизитов. Вся информация была зашифрована ее личным кодом. Если даже кто-то украл бы досье, он не нашел бы в нем связи с клиентом, хотя, конечно, стал бы обладателем всей информации по объектам расследования.