Как я отодвинул шкаф и вылетел в зал, а затем в ванную, сообразить не успел. Умываюсь спешно холодной водой, а вдруг поможет разум прояснить, и…

– Да блять, что это значит?! Умраж!!!

– Что случилось?! – влетел совсем не заспанный парень. – Ух ты!

И восхищения столько в словах, а глаза так и излучают веселье.

– Я тебя спрашиваю, морда демоническая, на кой черт ты со мной это сотворил?! – воплю я, схватившись за уши как у немецкой овчарки. Такие же стоящие домиком и подергивающиеся.

– Очень миленький оборотень, – скалится довольный Умраж.

– Миленький?! Я... миленький?! Я тебя убью!!! – срываюсь с места, буксую на плитке, но несусь следом за смеющимся гадом. Гоняюсь за ним не меньше получаса, пока сам не выдыхаюсь.

– А глазки какие… – заглядывает в них он, наклонившись ко мне, сидящему на полу.

– Какие? – тяжело дыша, сдался я. Радует одно, что и Умраж запыхался, вон как грудь ходуном ходит.

– С вертикальным зрачком, – добивает он.

– Уууу!!! За что?!

– Извини. Так получилось. Я же предупреждал.

– И кто я? Оборотень?

– Очень симпатичный такой оборотень.

– Умраж…

– А? – теперь уже на пару придерживая друг друга плечом, сидим на полу.

– Я превращусь в волка?

– Да.

– А когда? В полнолуние, что ли?

– Полнолуние? Если завтра оно будет, то да.

– Хочешь сказать, что луна на обращение не влияет?

– Насколько я знаю, менять ипостась оборотень может по своему желанию. Я говорил, что кровь пробудится. В тебе была от оборотня.

– Это же кто из предков с оборотнем шашни крутил?! Вот гады! И что же, я теперь на всех набрасываться буду? – жалобно простонал я. – И мясо с кровью жрать? Брр…

– Это как тебе захочется, – пожал плечами Умраж, отчего я чуть не упал без поддержки.

– Как мне жить-то теперь? – чуть не плача, заскулил я.

– В этом мире тоже оборотни есть. Найдем – с ними и поговоришь, как да что, – уверенно проговорил он, поддерживая меня, пока я совсем не раскис.

– Не знаю, не знаю… – задумчиво протянул я. – Напросвещался я через книги, как они живут. Что-то мне не хочется доказывать в драках, кто я есть, да подчиняться какому-нибудь альфе. Лучше уж приспособиться к этой жизни в привычном для меня окружении.

– Как хочешь. Но увидеть своих сородичей все же нужно, – добавил Умраж. – Не обязательно с ними оставаться.

– Ладно, это потом решу. Ты мне лучше скажи, когда эта хрень, что повылазила, исчезнет?

– Завтра обернешься в полноценного оборотня и будешь учиться контролировать себя. Серег, я правда мало что знаю о других народах. Вот спроси ты меня о демонах, так могу много чего рассказать, потому что сам им являюсь. А оборотни… Извини, наставника из меня не получится.

– Что случилось, то случилось. Сам тебя подобрал, так что винить некого. Пойдем поедим, а то у меня аппетит проснулся зверский, – и сам же усмехнулся над своей шуткой.

Пельмени – это вкусно и быстро. Так что минут через пятнадцать мы уже сидели за столом и уплетали пельмени, когда ко мне пришла неожиданная мысль. Правда, перед этим я аккуратно устроился так, чтобы мой хвост свисал с табуретки, а не болезненно заворачивался.

– Умраж… А Пашка ни в кого не превратится?

– Дня через два посмотрим.

– Обрадовал. Сегодня я явно выйти никуда не смогу, поэтому проведем день дома.

– Завтра надо будет какой-нибудь лесок найти, чтобы никто не видел, как ты обращаться будешь.

– Зачем? Настолько все страшно, что дома нельзя? – похолодело у меня все внутри.

– Лучше поверь мне на слово, что первый раз должен быть не тут.

– Как скажешь, – после такого свидетельства, что я сейчас ощущаю и вижу, не соглашаться с Умражем – верх идиотизма. – Хорошо, что запахи больше не мучают.

На улице кто-то громко засигналил, пришлось зашипеть и прикрыть уши.

Зато слух улучшился, и, как я понимаю, со зрением теперь у меня тоже все в наилучшем виде. Хотя и раньше оно меня не подводило.

Ели мы молча. Только Умраж постоянно кидал на меня хитрые взгляды и похихикивал. Доев, я все же не выдержал.

– И что тебя так веселит? Мой вид? Интересно, какой ты в демоническом обличие? Наверное с копытами, рогами и хвостом? – стоило вспомнить о хвосте, как я тут же свой прижал к ногам, что бы меньше светился.

– Копыт нет. А в остальном ты прав, – улыбнулся он, ничуть не смутившись.

– Странная вещь, надо было всему этому вырасти, – я потеребил хвост и уши, – чтобы я тебе стал верить. Но ты какой-то добрый демон.