Проводив Вайнгойрт и ее сопровождающих, я пошла к себе, упала на кровать и долго смотрела в потолок. Вроде все хорошо закончилось, но настроение было испорчено и починке не подлежало. Не понимаю, почему встреча с этой девицей так на меня повлияла. Особенно задело то, как она без разрешения потянула свои руки к моему солнышку, как улыбалась ему, и напоследок эта фраза: «Берегите его, гэйвэйрэйтэ Лийвэйрис…» Можно подумать, без ее предупреждения ни за что не догадалась бы!

Похоже, меня опять скрутила ревность, причем к той, которую я и так недолюбливала всей душой. Гордость требовала держаться от нее подальше и забыть о ее существовании, вычеркнуть ее приезд из памяти. Но разумная часть меня понимала, что, наоборот, следует использовать интерес Вайнгойрт к моему солнцу — от таких знакомств не отмахиваются из-за всяких глупостей.

Когда гости удалились, Чэйтр уважительно присвистнул: «За тобой будут Вайнгойрты присматривать! Ну, нифига ж себе!». Еще бы я понимал, кто такие эти Вайнгойрты… Но хорошие связи всегда на пользу, даже на этой планете. Решив, что подробности мне вечером Юйша расскажет, я вернулся к шестернам, шлицам и подшипникам.

На ужин я реально приполз, даже на баню сил не было, упасть бы где-нибудь, желательно не в гамаке, и уснуть, желательно не под храп Зэйха — вот и все эротические фантазии на вечер.

Солнце мое пришел на ужин какой-то расстроенный, вымученно улыбнулся мне, вилкой в тарелке поковырялся и, виновато посмотрев на Ийку: «Спасибо, все вкусно, просто я устал очень», встал из-за стола, пожелал всем приятного аппетита и вышел.

Настроение, с трудом поднятое, чтобы с приличным лицом посидеть с семьей за столом, снова упало вниз. Потрепав по волосам Гайнза, я тоже извинилась перед Ийкой и пошла к себе.

На ступеньке под дверью, опустив голову на колени, сидел Стийв. И, по-моему, спал!

Я присел подождать Юйшу, чтобы поговорить о Вайнгойртах, о смысле жизни и о том, что мое место рядом с ней, а не с Зэйхом и Гайнзом. Я готовил возвышенно-душещипательную речь о том, что мне в гамаке плохо спится, и, как-то незаметно для себя, задремал.

— Стийв! Что ты здесь делаешь? — разбудил меня удивленный голос Юйши.

— Тебя жду, — борясь с зевком и стараясь как можно шире открыть глаза, ответил я. И по тишине понял, что у моей женщины снова венгозатмение и меня сейчас будут учить правильно себя вести. Сил на подобное развлечение у меня не было, спать хотелось ужасно. Так что я просто встал и пошел в сторону гаремного закутка.

— Вернись! Я тебя не отпускала! — прозвучало мне вслед. Тикусйо! Началось…

Я обернулся:

— Юйш, я устал ужасно. Давай ты меня завтра выпорешь, а?

— Юйш, я устал ужасно. Давай ты меня завтра выпорешь, а? — серо-голубые глаза смотрели на меня практически без эмоций. Даже улыбку на лицо натянуть не потрудился. Обнаглевший мальчишка! Думает, что раз Вайнгойрты им заинтересовались, то теперь можно наплевать на все правила поведения?! Но я даже замахнуться для хорошей такой качественной пощечины не успела.

Стийв провел своей рукой по моей щеке, убирая с лица волосы:

— Ты такая красивая, когда злишься! — и улыбнулся, при этом глаза были грустные-грустные. — Вот чего ты сейчас сердишься, а? Я сидел, ждал тебя, соскучился за день ужасно. А ты?

— Я тоже, — практически вырвалось, без моего согласия. Злость куда-то ушла. Хотелось обнять мое солнышко, действительно уставшего, раздеть, положить в кровать и накрыть одеялком.

— Так где я сегодня буду спать? — к вопросу прилагалась лукавая улыбка, и в глазах Стийва засветилась хитринка.

Манипулятор! Маленький обнаглевший манипулятор! Но отправить его к другим парням язык не повернулся, да и настроилась я уже на ночь в обнимку с моим ласковым, родным мальчиком.

— Пошли уж, — я постаралась сказать это как можно безразличнее, и Стийв направился следом за мной в комнату. Быстро разделся и нырнул в кровать, под одеяло, еще раньше меня. Закинув руки за голову, он, явно ожидая чего-то, посмотрел на меня. Я стянула через голову платье и швырнула его в этого нахала.

— Не честно! Я тоже хочу стриптиз! — капризным тоном избалованного ребенка заявил он, сдергивая с лица мою одежду.

Но я уже лежала рядом с ним, под вторым одеялом.

— Ну и как тебе Айрин Вайнгойрт? — не зная зачем, спросила я.

Стийв как-то странно посмотрел на меня, потом хмыкнул и ехидно так выдал:

— Ну, я же у тебя не спрашиваю, как тебе два сопровождающих ее эффектных мужика, верно?!

Юйша снова себя накрутила и ревновала, к гадалке не ходи. Как мне — так даже в мыслях нельзя, а ей, значит, к каждой юбке можно? Главное, повода-то никакого не подавал. Сама придумала, сама обиделась. Женщина, тикусйо!