– Заткнитесь, – процедил Артур, глядя на два подъезжающих джипа поселковой охраны.

– Что за черт, – из первой машины практически на ходу выскочил начальник охраны. Он раздосадовано крутил головой глядя на шатры. – Ума не приложу, как они просочились. Везде видеонаблюдение. Люди по периметру каждый час ходят. А где цыгане?

– Сбежали, – сказал Артур.

– Вы не переживайте. Мы сейчас все тут прочешем, – продолжал суетиться начальник.

– Ну да, – мрачно сказал Артур, – по крайней мере, теперь у нас будет объяснение для полиции о том, как убийца смог проникнуть в поселок.

Начальник охраны поперхнулся и повернулся к подчиненным: – Чего стоите? Обыскать здесь все!

Восемь человек ринулись к палаткам от джипов.

– Поехали, – приказал Артур своим и пошел к машине. Он неодобрительно посмотрел на Толяна, забившегося на заднее сиденье. – Да какого рожна ты так напугался? – разозлился он, дергая заднюю дверь.

Толян, будто ожидавший, когда о нем вспомнят, повалился на Артура.

– Вот блин, – выругался Артур, отодвигая от себя напарника.

Телохранитель хозяйки почти не удивился, увидев в груди у мужчина рукоятку кинжала похожую на затупленную пику. Именно такой кинжал он подобрал до прихода полиции в полуподвальном помещении на кухне.

Убитая Газель такого грязного белого цвета, что он скорее походил на серый, потихоньку выползла из лесного массива. Машина газанула, выбираясь с проселочной дороги на трассу. Цыган, сидевший за рулем, выругался сквозь зубы:

– Не мог Баро нам ничего по приличней дать? Вдруг, застряли ли бы в этом лесочке? Так бы нас охрана и сцапала. Видел, как зашуршали, забегали? – он неодобрительно покачал головой и прибавил газу.

– Не торопись, Шандор, не торопись, – сказал плотный мужчина, сидящий рядом с шофером. – Надо найти местечко неподалеку от этого дома. Ты же знаешь, Баро на все два дня дал, потом уходить будем.

Что-то звякнуло на полу. Мужчина наклонился, поднимая с резинового коврика брезентовый сверток. В нем в удобных карманах устроились пять кинжалов с рукоятями похожими на затупленную пику. Два кармана пустовали, но один из них все еще оставался выпуклым, храня форму недавно вынутого оружия.

Арни стоял в прихожей рядом с Ксюшей. Со стороны могло показаться, что он признается девушке в любви, настолько близко парень наклонился к ее лицу.

– Ты же понимаешь, его надо убедить, – уже в который раз произнес Арнольд.

– Я пыталась, но он не хочет.

– Ксюша, солнышко, – Арни взял девушку за руку. – Если мы оставим Элайю здесь, то никогда себе этого не простим.

– Хорошо, я еще раз попробую, – Ксюша сглотнул слюну, теряясь от такого напора. Арнольд был так мил и его голос звучал так проникновенно.

– Не помешал? – дверь отъехала, и в прихожую высунулся Сашка. Он покосился на руку Арнольда, сжимавшую Ксюшину ладошку и нахмурился, – Кажется, кто-то говорил, что надо поторапливаться, а сами чем занимаетесь? Я тут покидал в сумку вещи Элайи, сгреб какие-то лекарства из шкафа, но он по-прежнему отказывается вызывать такси.

– Я поговорю с ним, – Ксюша высвободила руку и прошмыгнула мимо Сашки в комнату.

– И как это понимать? – спортсмен нахмурился, – Пока я собираю инвалида, ты девушке мозги паришь?

– Так, – Арни упрямо сжал губы, – хочу сразу внести ясность. Ксюша – моя девушка.

– Да ну? – Сашка поднял бровь. – Это она сама тебе сказала? Или ты думаешь, что за бабло любую купить сможешь? Так вот, я тоже вношу ясность: еще посмотрим, кого она выберет.

– Посмотрим, – угрожающе кивнул Арнольд, сжимая кулаки.

– Тоже мне, соперник, – у Сашки под широкой майкой буграми вздулись мышцы. – Я таких как ты на районе на раз-два по стенке размазывал, – он сделал пару шагов по направлению к Арнольду, но тот и не думал отступать.

– Мальчики, ну где вы? – теперь к ним выглянула Ксюша. Она широко распахнула итак большие мультяшные глаза, укоризненно глядя на Элайю. – Посмотрите на него. Он по-прежнему не хочет ехать.

– Друзья, – Элайя улыбнулся и погладил игрушечную мышку у себя на коленях. – Давайте говорить начистоту. Я не могу с вами ехать.

– Слышь, парень, ты не прав, – вклинился Сашка.

– Заткнись, – беззлобно прервал его Элайя, – к черту политкорректность, не в Америке. Я инвалид. Буду для вас только обузой. Если вы не решаетесь это мне сказать, то я сам должен. Вам надо ехать к этому бывшему детскому дому. Я тут карту распечатал, пока вы шушукались. Самую точную нашел со спутника. Мы взрослые люди и понимаем, что я без компа и своего кресла просто обрубок. Бесполезный и никчемный, – парень горько усмехнулся – И потом. Ну, найдут квартиру ваши преследователи и чего сделают? Меня и так уже почти нет. Вы хоть знаете, что при моем заболевании мне осталось жить не больше пары-тройки лет? Нет? – он посмотрел на вытянувшиеся лица ребят – Ну, вот теперь знаете. Так что давайте сами по-быстрому. Арнольд, у вас не более часа осталось. И это заберите, – он сунул мышь в руки Ксюше – В-вам н-нужнее, – задыхаясь, произнес он и закашлялся.