– Кто?

– Я.

Голос узнала.

– Зачем?

– Открой, пожалуйста.

Мне несложно, открыла. Алекс слегка улыбнулся.

– Привет.

– Ага.

Помолчали немного.

– Пустишь?

– Неа.

Такого ответа он не ждал, и лицо у него вытянулось.

– Почему?

– А почему бы нет?

– Ну и ладно, – несколько раздраженно проговорил он и полез в карман. – Я извиниться пришел за тот раз. Прости. Увлекся. Мир?

И он протянул мне два билета.

– Что это?

– Билеты.

– Вижу, не дура, куда?

– На аттракционы, – он улыбнулся вдруг безбашенной мальчишеской улыбкой. – Поехали со мной в парк Горького?

Через час мы уже входили внутрь. С какой радости я согласилась? Наверное, это ностальгия, мы здесь всегда семьей бываем, если есть время. И я катаюсь на лошадях. О, знаю, пустая трата времени и денег, но я обожаю кататься на них! Заработаю денег, буду ипподром посещать. Обязательно. Если время будет.

– С чего начнем?

– Не знаю, – пожала плечами. – Давай пока просто пройдемся.

– Ну пошли.

Мы спустились с площадки вниз, к фонтану, постояли там немножко, я потрогала воду – привычка, от которой необязательно избавляться, – заставила Алекса сделать то же – парень скептически отнесся к моему предложению, но послушно запихнул руку в воду. Эх, ну кто так делает! Сначала нужно коснуться кончиками пальцев, потом немного погрузить вниз, буквально на пару сантиметров, затем медленно опустить ладонь в воду целиком, и только тогда пошевелить пальцами, глядя на их искаженное движение. Тогда прочувствуешь весь процесс, поймешь, зачем он, а не бездумно намочишь руку…

Объяснять последовательность действия не стала, меня бы не поняли, больше чем уверена. Вместо этого подхватила его и потащила дальше.

Через пару часов я устала, но была довольной и счастливой. Мы побывали почти везде. Прокатились на машинках – он врезался в меня с довольной улыбкой во всю мосю, прямо как мой шестилетний брат в том году. Побывали в ракете, то бишь совершили путешествие в никуда, Алекс даже уговорил меня на «Кондор», но я заставила его сесть рядом – не скажу, чтоб он возражал особо – и держала его за руку, сжимая крепко и не открывая глаз. Помню, первый раз каталась лет в десять, пошли вместе с дядькой, он старше на одиннадцать лет, и должны были вместе сесть, но почему-то разделились. И вот я, мелкая, летала там на огромной высоте по кругу и разговаривала сама с собой с закрытыми глазами, разумеется. С тех пор, пожалуй, и приобрела привычку общаться с собой, хотя раньше никогда не задумывалась об этом. А Серега, дядя, гад такой, наслаждался видами, решил на меня посмотреть, а я губами шевелю и зажмурилась. Подкалывал потом неделю, не меньше! Врединка.

Ощущения сейчас были получше, даже рискнула открыть глаза и больше не закрывала. Красота, конечно, и совсем нестрашно, когда не один. Я почти полюбила этот аттракцион.

Еще были на какой-то страшилке, не помню название, садишься там и едешь, а со всех сторон жуткие жуткости вылезают. Тоже не испугалась, но повеселились. Алекс пытался сходить со мной на корабль, который в воздухе переворачивается, но я ему прям сказала: «Только через мой труп». На этом переговоры заглохли.

Апогеем стали лошади. Я себя выдала как-то, раз Алекс заметил, что мне хочется прокатиться, но он договорился с хозяйкой, заплатил сколько-то – я не видела, а он не признался – и ехал со мной сам, лошадь под уздцы никто не вел! В одном месте даже на трусцу перешли, и это было здорово! С непривычки заднице сильно перепало, но сами ощущения – просто улет! Каждое движение, каждая мышца – всё под тобой, всё чувствуешь! Удивительные эмоции вызывает, я была в полном восторге.

Мне умудрились купить вату, хотя я отказывалась, но потом не устояла – Корнеев с двумя очаровательными и пышными розовыми ватами произвел на меня впечатление. А когда мы уезжали, Алекс звал меня в ресторан, а я предложила «Макдональдс». Не думаю, что он обрадовался, но противиться не стал, и мы еще и пообедали. В результате кошелек изрядно уменьшился в объеме – денег Алекса я принять не могла, сами понимаете, – но копилка памяти пополнилась воспоминаниями, а фотик – фотографиями, на которых мы веселые и счастливые. Пообещала скинуть ему на флэшку, как приедем.

Далее мы отправились на Поклонную гору. Пока туда-сюда, наступил вечер, да мы еще и там сидели в открытой кафешке, так что фонтаны успели засиять розовым цветом. Сделали еще несколько фотографий, и, наконец, усталые и довольные, поехали домой.

Отмыкала дверь уже в девять, остановилась на пороге.

– Спасибо, – искренне поблагодарила Алекса. – Это был незабываемый день.

– Ты меня простила?

Вопрос провокационный, но…

– Да.

– Вот и хорошо, – он переступил с ноги на ногу, и, решившись, приблизил лицо к моему, но я отвернулась, и его губы мазнули по щеке.

– Спасибо, – повторила мягко. – Но это ничего не меняет. Друзья, или никто.

Он недовольно скривился и всё же буркнул:

– Друзья.

На радостях обняла его, но когда чьи-то руки поползли ниже, отстранилась. Ему придется какое-то время привыкать к этой мысли, понимаю.

– До завтра.

– До завтра.

Закрыла дверь, и прислонилась к ней спиной. Ну вот, теперь всё будет хорошо.

Обязательно.

22 мая

Я проснулась от того, что затекла рука под головой. Повернулась на бок, убрала ее, вытянув и устроив на одеяле, и потерлась щекой о гладкую, мерно вздымающуюся грудь. Мм, тепло и приятно.