Шрифт:
– По вашей воле, сударь, меня арестовали вчера вечером! По вашей воле я уже столько времени лишен свободы!.. Справедливость требует, чтобы мне сказали, в чем меня обвиняют.
Следственный судья, усаживаясь за стол, нахмурил брови и сухо ответил:
– Вы находитесь здесь для того, чтобы отвечать, а не для того, чтобы задавать мне вопросы! Жандармы, подведите сюда этого человека. Письмоводитель, записывайте…
Чревовещатель подошел и встал перед судьей. Свет из широкого окна упал на его бледное лицо. Он твердо выдержал устремленный на него язвительный взгляд судьи.
– Я знаю, какое уважение должно выказывать суду, даже тогда, когда суд ошибается… — сказал он. — Допросите меня, милостивый государь, я буду говорить только правду.
– Ваше имя? — начал судья, между тем как письмоводитель окунул перо в чернила.
– Антим Кокле.
– Сколько вам лет?
– Двадцать семь.
– Где вы родились?
– В Гавре.
– Есть ли у вас семья?
– Я уже давно сирота, да и к тому же я незаконнорожденный… Я никогда не знал своего отца.
– Чем вы занимаетесь?
Чревовещатель покраснел.
– В настоящее время, — вполголоса произнес он, — я принадлежу к труппе комедиантов Жерома Трабукоса… Прежде я был солдатом…
– Вас прозвали Сиди-Коко?
– Да.
– По какой причине?
– В Африке у нас был обычай прибавлять в шутку слово Сиди перед именами товарищей… Сначала меня называли «Сиди-Кокле» затем мало-помалу стали звать «Сиди-Коко». Я привык к этому имени и сохранил его.
– Когда вы оставили службу?
– Восемь месяцев назад.
– Прослужив полные семь лет?
– Нет. Я не выслужил полного срока. Жребий не пал на меня, но я продался, чтобы заменить одного молодого человека, который получил наследство и хотел выйти из военной службы. Я прослужил только четыре года.
– Что это у вас за ленточка?
– У меня есть медаль.
– Имеете ли вы право носить ее?
– О да, милостивый государь, я имею на это полнейшее право!
– Докажите.
– Патент на нее находится в моем чемодане, в Сент-Авите, вместе с документом о моей отставке и свидетельством о хорошем поведении…
– Каким образом вы заслужили этот знак отличия?
– В одном сражении я спас жизнь своему лейтенанту, рискуя собственной жизнью… В тот день я был ранен ятаганом в плечо и получил две пули в живот… Думали, что я не выживу…
– А ваш лейтенант еще жив?
– Да, он жив.
– Как его зовут?
– Вы сочтете это странным… Мой лейтенант — племянник господина Домера, у которого мы находимся в настоящую минуту, и зовут его Жорж Прадель…
Это имя, произнесенное при таких обстоятельствах, произвело неслыханное действие. Следственный судья так вздрогнул, как будто около него разорвался снаряд. Письмоводитель выронил из рук перо, и на протоколе расплылось большое пятно. Даже сам Жобен, обыкновенно хладнокровный, стал поправлять свое пенсне, что служило у него признаком сильного волнения.
Так Жорж Прадель и Сиди-Коко знали друг друга! Это открытие свело на нет все предположения сыщика. С этой минуты он стал считать неоспоримой виновность Жоржа Праделя, а сообщничество Сиди-Коко, в которое, как нам известно, он прежде не верил, показалось ему вполне вероятным. «Вчера, — подумал он, — я сделал ужасный промах! Что это со мной?..»
Следственный судья бросил на него торжествующий и почти насмешливый взгляд. Жобен смиренно опустил голову, а унтер-офицер сожалел, что накануне не надел наручники на Сиди-Коко, который — он в этом теперь не сомневался — заслуживал их вполне!
XXIII
После минутного молчания следственный судья продолжил прерванный допрос. Он спросил:
– Итак, вы спасли жизнь Жоржу Праделю, племяннику Домера?
– Да, — ответил Сиди-Коко.
– И этот молодой человек, разумеется, был признателен вам за вашу самоотверженность?..
– Господин Жорж?.. Признателен?.. О! конечно! У него добрейшее сердце! Когда я лежал в больнице, он навещал меня по три раза в день. Мне даже было совестно, так как, в сущности, я ведь просто исполнял свой долг. И потом он со мной обходился как с братом… Уговаривал меня остаться в полку…
– Зачем же вы бросили службу?
– Это было выше меня. Кое-что влекло меня во Францию…
– Что именно?
– Это касается только меня…
– Правосудие хочет и должно все знать.
– Господин судья, — прошептал Сиди-Коко, — я был влюблен… Это ведь может случиться с каждым?..
– И в кого вы были влюблены?
– В одну молодую девушку, и притом в честную!..
– Как ее зовут?
– Вам непременно нужно это знать?
– Необходимо.
– Ее зовут Мариетта Ландри… — пробормотал Сиди-Коко.