– Отстаньте от меня немедленно! Я сейчас позвоню своему адвокату и дяде, он у меня бандит, он быстро приедет и разберется с вами!

Ника подскочила и быстро захлопнула дверь. Ещё не хватало, чтобы на эти крики сбежались люди.

– Ну-ка, быстро говори, что ты взяла у Антонии!
– потребовала она.
– Иначе против твоего адвоката и дяди-бандита будет пара ментов с наручниками! Лучше признайся и верни похищенное, тогда ничего не будет.

Джемма посмотрела на неё с отчаянием и замотала головой:

– Нет, нет! Не могу! Это невозможно!

– Почему?
– искренне удивилась Ника.
– Неужели ты уже успела кому-то это сплавить?

– Нет! Нет!
– Ещё немного и девица, похоже, начнет биться головой о стол.

– А ну тихо!
– рявкнула Вероника. Потом подскочила к подоконнику, на котором среди горшочков с чахлыми геранями и кактусами возвышалась пластиковая бутылка с мутноватой водой. Поискала какую-нибудь чашку, но не нашла, и сунула бутылку Джемме: - На, попей и успокойся!

– Не буду!
– взвизгнула Джемма, глядя на бутылку с таким ужасом, словно Ника предлагала ей выпить серной кислоты.
– Отстань!

– Ну, как хочешь. А теперь признавайся быстро, куда дела то, что у Антонии взяла.

– Съела!
– выдохнула девица и сжалась в комочек.
– Съела!

– Чего-о?
– обалдела Ника. Потом опять обошла стол и уселась на прежнее место.
– Как съела? Сожрала рубин в золотой оправе?

– Какой рубин? Какая оправа?
– в свою очередь изумилась Джемма.
– Я конфеты съела! Орешки в шоколаде...

– А камень?

– Какой камень?... Орешки и ещё эти... мармеладки.

Губы девушки искривились, а из глаз покатились слезы, и она принялась громко рыдать. Никакие попытки уговорить её успокоиться не действовали, она заходилась в истерике и отчаянно отбивалась от бутылки, не желая из неё пить. В конце концов, потеряв терпение, Ника набрала немного воды в ладонь и плеснула Джемме на макушку. Та взвилась чуть ли не до потолка:

– С ума сошла?!! Сдурела?!!

Выхватив из ящика стола бумажные салфетки, девица принялась судорожно вытирать голову.

– Там удобрения растворены! Хочешь, чтобы я облысела?!

– Ничего, не облысеешь, - подумав, фыркнула Ника.
– Наоборот, волосы лучше расти будут.

– От куриного помета?

– От него тоже. И уж точно от помета не облезешь.

Кое-как промокнув прическу и хлюпая носом, Джемма буркнула:

– Что ещё тебе от меня надо? Я все сказала.

– Нет, не все милая, - Ника снова плюхнулась на стул и повела носом. Да, теперь стало понятно, почему девушка категорически не хотела пить водичку - пахло не слишком приятно.
– Значит, мы выяснили, что ты, пока Антония дремала, таскала у неё из шкафа конфеты.

– Почему из шкафа?
– шмыгнула носом Джемма.
– Со стола. Из коробок.

– Как из коробок?
– в очередной раз поразилась Ника.
– То есть конфеты и мармелад были на столе в качестве угощения?

– Угу...

– Так почему же ты их просто так не ела?! Их же для тебя ставили.

– Неудобно как-то... Дорогие конфеты. Одну возьму и всё... А я сладкое очень люблю.

– И ты, скромница, дожидалась, пока Антония глаза закроет, и сразу принималась шоколадом рот набивать?

Джемма, потупившись, кивнула. Ника начал приходить в себя. Нет, людей, страдающих тайными пороками, она встречала и до этого, но не таких же...

– Ё-моё... и из-за этой ерунды ты тут такой цирк устроила и адвокатом с каким-то дядей-бандитом грозила?

– Там ещё одна коробка была... Деревянная.

– Где?
– напряглась Ника.
– В шкафу?

– Говорю, в шкаф я не лазила, - твердо заявила Джемма.
– На другом столике она стояла. С папиросами.

– Слушай, - рассердилась Ника.
– Из тебя все клещами надо тянуть? Говори сразу - что и где брала, а то у меня времени в обрез.

– А больше ничего - только конфеты, мармелад, папиросы и...

– И что?

– З-зажигалку. Но её я, честное слово, случайно прихватила! Могу отдать!
– Джемма сорвала со спинки стула мышиного цвета ридикюль и принялась в нем копаться.

– Не надо, - отмахнулась Вероника.
– Значит, ты в шкаф вообще ни разу не заглядывала?

– Нет. А зачем? Вот, нашла.

Она швырнула на стол пластиковую зажигалку и замерла, опасливо косясь на неё, словно на кусачую зверушку.

Глубоко вдохнув и выдохнув, Ника встала и бросилась вон из пахнущего куриным пометом кабинета. От этого тягостного общения была одна польза - теперь она уверилась, что Джемма рубин не брала. Она просто сладкоежка и мелкая клептоманка, не более.