В какой-то момент раздался музыкальный проигрыш, включился один из мониторов, и на нём высветилось: «ПОПИСУНИТЬ!!!»

Оказывается, это было Ленино напоминание мужу, что ребёнка надо посадить на горшок. В семье программистов подходили к выработке у ребёнка гигиенических навыков своеобразно. Илья, увлечённый спором с Костей, попросил меня облегчить Ваську. Горшки я нашла в ванной. На одном, большом, в форме автомобильчика, отпечатанная на принтере и заклеенная широким скотчем табличка «Какунить». На другом, маленьком, вроде кюветки, соответственно «Писунить». «Что только не делают люди с русским языком», – подумала я, с горшком для малых нужд направляясь в комнату. Абсолютно не представляла, как посадить на небольшую неустойчивую ёмкость мальчика. У него ведь и попа не поместится, и краник снаружи окажется...

Сняла с Васеньки штанишки, пыталась усадить ребёнка, но Вася отчаянно сопротивлялся. На помощь пришёл Костя. Отобрал у меня «Писунить» и подставил стоящему Васечке под краник. В горшок брызнула упругая струйка.

– Он мальчик, не заметила? – улыбался Костя. – А мы это делаем таким образом. Сполосни, – передал мне горшок, ловко натянул Васе штанишки и вернулся к Илье.

Потом мы обсуждали наполнение сайта, его навигацию. Мне хотелось закачать туда содержание всех передач, прозвучавших в эфире, устраивать викторины, конкурсы, поместить рубрику с вопросами. Костя тут же заявил, что рубрику надо назвать «Вопрос Асе Топорковой». Илья сказал, что моё фото на сайте должно иметься обязательно. Возражения отмели безапелляционно – народ подумает, что Ася Топоркова уродина, а тебе стыдиться нечего. Тогда мне пришла мысль и фото детей помещать – тех, кто верно ответил, просить выслать свои фотографии. Ведь это здорово! И ребёнку авторитет, и родителям услада. Но какой должна быть система оценок? Хочется уйти от школьной пятибалльности...

Время пролетело незаметно. Пришла из бани Лена. Из прихожей закричала:

– Как тут мои Сладкуни? Где мой маленький Сладкуний?

И Вася быстро потопал к маме.

«Ты не плакунил? – Чмок-чмок доносилось. – Ты пописунил? Мама тебя любуни! – Чмок-чмок. – А мы будем сейчас кусунить!»

«Обедунить?» – подумала я, заразившись этой странной речью.

Не знаю, как подобное словоковерканье повлияет на развитие нормальной речи малыша, но то, что все эти «уни» создавали неповторимую, ласковую, обволакивающую атмосферу в доме, – определённо.

Познакомившись со мной, Лена, без намека на шпильку, воскликнула:

– Есть женщины в русских селеньях!

Саму Лену красавицей не назовёшь. Но из неё бил фонтан энергии, сметавший впечатление от скромной внешности и неказистой фигурки. Это была ходячая батарейка положительных эмоций. Я-то всегда думала, что программисты – угрюмые личности, с постными лицами, с отсутствием мимики из-за долгих сидений перед мониторами, по которым бегут строчки математической вязи.

Нас отправили на кухню готовить обед. Но готовить было нечего, только разогревать. В кулинарии по дороге домой Лена купила салаты в пластиковых контейнерах, говядину по-французски и печёные овощи. Требовалось только разогреть мясо и гарнир. Как я поняла, микроволновка была главным агрегатом на кухне ребят. Моя бабушка упала бы в обморок. Легла бы рядом с мамой, отключившейся при виде ребёнка, играющего с микросхемами.

Сыну Лена из нескольких баночек с детским питанием навалила в плошку и тоже разогрела. Баночки с брокколи, цветной капустой и мясом кролика открывались с громким чпоканьем. Крутанула Лена крышку – чпок! Одна банка не прозвучала, и Лена отправила её в мусорное ведро.

Никаких тебе долгих стояний у плиты, гор вспомогательной посуды вроде тёрок, мисок, разделочных досок, мясорубок, которые требуется вымыть. Десять минут – и стол накрыт. Вполне аппетитными на вид и относительно съедобными блюдами. Если вы не привередливый гурман, не язвенник и не страдаете повышенной брезгливостью, то магазинная кулинария – ваше спасение. Тем более когда общение для вас важнее утехи желудку.

Вася-Сладкуний восседал на высоком стульчике как полноправный член застолья. У него была своя ложка, которой он большей частью промазывал мимо рта. И по ложке у мамы и папы – специально для сына. По очереди в распахнутый ротик отправляли они смесь из Васиной плошки, пресекали его попытки запустить в еду руку. При этом ребёнок не был центром внимания, как случается, когда за столом любимая кроха. Разговор не крутился вокруг Васиных проказ. О паре-тройке смешных ситуаций рассказали и перешли к другим темам. У нас дома, если появлялся ребёнок, то мгновенно превращался в капризного божка, вокруг которого мы истово носились и выматывались отчаянно. Уйдут гости – пот со лба отряхиваем: дети, конечно, прекрасны, однако сил на них требуется!..

У Ильи и Лены всё было иначе, без подвижничества. «Покусунил» Вася – ему дали попить, вытерли рот салфеткой (кажется, той же тряпкой Лена со стола смахивала). Ребёнку предоставили металлическую терку и столовую ложку – играй. Вася с удовольствием исследовал возможности кухонной утвари. Когда надоело, швырнул тёрку и ложку на пол, ему подсунули пакет от чипсов, в который затолкали солонку, перечницу, коробочку с зубочистками, верх пакета замотали, чтобы дольше откручивал. И снова ребёнок при деле, при игре, азартно пытается «клад» достать.

Я мало участвовала в общей беседе, зато активно реагировала на шутки. В моём лице ребята получили благодарного слушателя, который заливается смехом после каждого анекдота. Потешались над нравами программистов, их полётами в облаках и оторванностью от земных реалий.

Лена рассказывала:

– Как-то тёща попросила одного программиста, не будем указывать пальцами, – она выразительно посмотрела на Илью, – сходить в магазин, дала ему список. Сейчас изображу.

Лена написала на обороте какого-то счёта в столбик: