– ... и когда сейчас взял меня за руку...

Он слегка сжал мою лапу, и я почувствовала, что он улыбается.

– Это является для тебя достаточно важным, чтобы начать считать меня близким и хорошо знакомым человеком?

– Близким - да, но вот хорошо знакомым - нет... почему-то страшно взять и отказаться от привычного "опознания" людей...

– Ну и где бы ты сейчас была, если бы последовала своей привычке? Шла бы домой, наслаждаясь своим возмущением. Ведь сейчас ты действуешь очень неосмотрительно - идешь в полной темноте с незнакомым мужчиной, даже не знаешь толком как он выглядит... Ну разве это не безумие? А? Где твой рассудок?

– Вот черт, как подумаю о том, что я сейчас с тобой вот так запросто иду, разговариваю, держу тебя за руку, так все в голове кувырком катится... Как перестаю думать о том, что я делаю что-то опасное, так сразу все становится на свои места, и...

– Что?

– ... мне так нравится идти с тобой рядом.

– Вот это и является для меня настоящим, живым "опознанием", и ничто другое. А как к этому придти, - испытывать это, доверять этому, - во-первых, необходимо устранить все негативные эмоции.

Меня с головы до ног (или с ног до головы?) окатило ледяным душем, все тело защипало, как от слабого электрического напряжения.

– Не может быть! Ты сказал "устранить негативные эмоции"?

– Да, именно это я сказал.

– Ты что-нибудь знаешь о практике прямого пути?

Похоже, вопрос его не смутил, по крайней мере, его рука осталась абсолютной спокойной, но какое-то время он помолчал.

– А что ты знаешь об этой практике?

– Да практически ничего! У меня пока что только куча вопросов и почти никакой информации. Так ты занимаешься этой практикой?

– На данный момент я не могу тебе ответить на этот вопрос, потому что ответ вряд ли будет тебе понятен, но ты можешь задать более конкретный вопрос, на который я возможно смогу тебе ответить.

– ОК. Ты говорил про устранение негативных эмоций. Ты свободен от них?

– Да.

– И тебе знакомо переживание тихой радости?

– Знакомо.

– А ты знаешь Лобсанга?

– Вопрос неинтересный.

– Точно, глупость... А какие переживания тебе еще знакомы?

– А какие знакомы тебе, что ты так о них спрашиваешь, как будто мой ответ тебе будет понятен?

– Ты прямо таки уверен, что я ничего не пойму?

– Ну разумеется, я уверен. Если ты никогда не испытываешь негативных эмоций, ты без труда сможешь увидеть их в другом человеке - даже в мельчайшей примеси, в любом его действии - в том, как он говорит, молчит, ходит, пишет, слушает, смотрит...
– во всем. Их невозможно скрыть. Точно так же обстоит дело и с другими восприятиями. На данный момент ты полное ничтожество.

Новая порция холодного душа.

– Зачем же ты тогда заговорил со мной?

– Этот вопрос задают твои негативные эмоции. Смотри, как легко тебя задеть, - он отпустил мою руку, и я почувствовала себя брошенной.
– Представь себе опытного тренера, который видит 5-летнего ребенка, не умеющего ровным счетом ничего, но у тренера опытный глаз, и с большой вероятностью он может определить, получится ли из этого несмышленыша хороший спортсмен.

– Понятно, понятно, - я попыталась опять взять его за руку, но он не захотел.

Опять стало очень обидно, я ощущала себя маленькой капризной девочкой, которая хочет плакать еще и от того, что не может проявлять свои капризы, потому что знает, что от этого будет только хуже.

– Ты сейчас наверняка думаешь, что я вроде как наказываю тебя за твою глупость, так?

– А разве это не так?

– Нет, нет так. Все очень просто, - если я хочу что-то объяснить тебе, если я в самом деле хочу, чтобы ты поняла меня, я могу сделать что-то, что очень не понравится твоей личности. И тогда тебе придется вывернуться наизнанку, чтобы усвоить урок. А в другом случае, если твоя жизнь никак не изменится, черта с два ты будешь прикладывать усилия, чтобы понять то, что понимать неудобно и даже опасно с точки зрения обычного человека. Я хотел показать тебе, что между нами не может быть никакой близости, никакого понимания, если ты будешь потакать негативным эмоциям. Это не значит, что я испытываю к тебе отчуждение, и что когда ты захотела взять меня за руку, я еще не отошел от этого отчуждения. Просто я не хочу никакой близости с существом, которое доверию и симпатии предпочитает обиду и неприязнь. Именно не хочу, понимаешь? Не "выбираю делать вид, что не хочу", а именно не хочу.

– Но чем же это отличается от наказания?

– Наказание вызвано к жизни негативными эмоциями и концепциями. Я же действую только исходя из своей симпатии к тебе.

– Что-то похожее говорили мне родители...

– А твои родители свободны от негативных эмоций?

– Ну нет, конечно. У них, кажется, вообще ничего нет, кроме негативных эмоций.

– Тогда почему ты сравниваешь меня с ними? Ты думаешь, это одно и то же - когда я говорю, что испытываю симпатию, и когда твои родители говорят, что любят тебя?