– Но без файлов для обмена мы и близко не сможем к ней подступиться.

Миракс встряла в дискуссию.

– Подождите, переговоры - это по моей части. Мы можем, например, взять инфочип, напихать в него разной белиберды, в которой могут разобраться только ученые мужи сего института, добавить туда несколько нужных ключевых фраз, чтобы убедить Даешару'кор, что это именно то, что она ищет, а затем всучить ей все это хозяйство. Как вы думаете, она сможет дойти до того, чтобы угрожать жизни Анакина?

Мара уверенно кивнула, но Люк не согласился.

– Мне кажется, что нет.

– Люк, она ищет супероружие, ты забыл?

– Я знаю, но мне кажется, она еще просто не задумывалась над тем, к чему могут привести ее поиски. Мы все помним и Алдераан, и взрыв Кари-ды, и вирус «крайтос» и до сих пор не можем смириться с мыслью, что погибли миллиарды людей. Ты можешь быть расстроенным, опустошенным после смерти одного человека, но как ты будешь себя чувствовать, когда во время уничтожения планеты погибнет в миллиард раз больше.

– Особенно планеты, полной твоих врагов, - пожала плечами Мара.

– Мара, несмотря на то что она уже довольно далеко зашла, она еще не соскользнула на Темную сторону. Даешару'кор всегда отличали только положительные качества, - Люк вздохнул.
– Если бы мы знали, откуда исходят ее побуждения, мы бы смогли помочь ей.

– Слишком много «если», - Мара с неохотой кивнула.
– Ладно, думаю, идея Миракс имеет смысл. Давайте попробуем ее реализовать.

Они вернулись в офис ректора, и Люк одарил женщину лучезарной улыбкой.

– Простите нас, просто появились неотложые проблемы. И нам сейчас очень нужна ваша помощь.

Ректор улыбнулась в ответ.

– Всегда рада помочь, если, конечно, будет чем.

– Отлично, тогда просто отойдите от терминала, - Люк бросил взгляд на Р2Д2.
– Найди все, что можешь, об истории «Глаза Палпатина», затем проведи выборку самых заумных технических текстов, которые только сможешь найти. Мы расставляем силки, и приманка обязана быть ну очень соблазнительной.

Анакин нервно заерзал на месте, с затаенной тревогой ожидая продолжения. Только сейчас до него стало доходить, насколько серьезна была Дае-шара'кор в своих намерениях во что бы то ни стало овладеть супероружием. Теперь он наблюдал за тем, как она сидела, сложив оба световых меча у себя на коленях, переговаривалась по комлинку и при этом неустанно следила за тем, чтобы Анакин не вздумал обратиться к Силе.

Наконец, она отключила комлинк и посмотрела на своего пленника.

– Ну, ты все слышал. Сейчас я обменяю тебя на университетские файлы. Ты не пострадаешь.

Связанный по рукам и ногам Анакин, стоявший на коленях в углу мрачной, лишенной меблировки комнаты, только вздохнул.

– Не более, чем уже пострадал?

– Не дави на меня, я все равно тебя не отпущу, пока не добьюсь своего.

– Ты совсем не то подумала, Даешара'кор, - он пожал плечами, насколько это позволяли сделать его путы.
– Я всегда восхищался тем, как ты действуешь, сколько работаешь. Зачем тебе все это?

Она отвела глаза.

– Тебе не понять.

– Не понять? Но почему? Потому что я не тви'лекк? Потому что я вырос в роскоши Корусканта, а не в бандитском притоне?
– он хмуро посмотрел на нее.

Еще до того, как она успела что-либо ответить, входная дверь комнаты с грохотом слетела с петель, и в проеме показался Чалко с бластерным карабином наперевес и с какой-то непонятной серой материей, обмотанной вокруг горла. Все выглядело так, будто кто-то отрезал кусочек от шкуры тальца, сделал из него меховой шарф, затем положил на сидение под гонщика, пилотирующего кар во время затяжного ралли, а уж после всего этого обмотал вокруг шеи незадачливого коротышки.

– Стой на месте, Даешара'кор, - пробасил Чалко.
– Не волнуйся, малыш, теперь ты в безопасности.

– Ты так думаешь?
– - клинок уже полыхал ярким пламенем в руке тви'лекки.
– Уйди, если не хочешь пострадать.

– Ты не на того напала, сестренка. Не я тут буду страдать, - его палец изо всех сил вдавил курок, и карабин выпустил в женщину-джедая светло-голубой станнирующий разряд. Меч с легкостью отразил выстрел, и рикошетом разряд вернулся к Чалко, впившись в его правое колено и растекаясь дальше по всему телу. Спазмы в мускулах быстро убрали с его лица удивленное выражение и заставили скорчиться на полу от боли.