Тик-так!
– раскачивалась мишень, размечая тьму: правее - центр - левее, светлее - темнее - светлее... Если стрела ударит в один из более светлых моментов, он - покойник.

Гик-ток...

Светлее - темнее - светлее...

Тик-так!

Джейк почувствовал, что мишень замедлила ход. Он присмотрелся и увидел, что рядом с двумя другими торчит наконечник третьей стрелы. Точно в середине.

Прошло некоторое время, прежде чем марумоно отодвинули от его лица. Перед ним стоял не Тоси.

– Пожалуй, мы достигли некоторого баланса между преступлением и наказанием, - изрек Микио Комото.

– Если я и совершил какие-либо преступления, - сказал Джейк пронзительным шепотом, - то это отчаяние толкнуло меня на них. Ничирен забрал у меня жену. Мне надо было узнать, где они скрываются. Потому я пошел в игорный дом, чтобы выйти на вас. Я надеялся найти у вас помощь.

– Все ты врешь, - холодно произнес Комото.
– Что такому итеки, как ты, надобно от Ничирена?

– Он мне нужен. Моя жена погибла. Это случилось прошлой ночью на Цуруги.

– На Цуруги?
– изумленно переспросил Комото.
– Ты был на Цуруги во время бури?

Джейк кивнул.

– Я нашел укрытие Ничирена.

– До этого ты нашел способ проникнуть в мой дом, - процедил сквозь зубы Комото.
– Ты напал на одного из моих людей. Я не хочу слушать твою болтовню! Он повернулся, намереваясь уйти.

– Плох тот полководец, который отказывается выслушать информацию, которая может оказаться для него жизненно важной.

Оябун сплюнул.

– Кто ты такой, чтобы судить о том, что полководцу стоит делать и чего не стоит?

– Всякий знает, что хороший полководец пользуется всеми доступными ему источниками информации, если он хочет насладиться победой.

Черные глаза Комото сузились.

– Что ты такое говоришь?

– Я убил Кеи Кизана на глазах у Ничирена.

– Слова, - коротко бросил Комото.
– Все что я слышу от тебя, это только слова.

– Тогда дай мне возможность подтвердить свои слова делами.

Комото стоял не шевелясь. Достаточно хитрый, чтобы понять, что его перехитрили, он не хотел показывать того, что напряженно думает. Но, очевидно, у него не было выбора. Он понимал, что ему придется удовлетворить просьбу Джейка, или же он потеряет лицо.

Он повернулся к Тоси.

– Отвяжи этого итеки.

– Хорошо, оябун.

– Руки тоже.

Когда Тоси выполнил и это приказание, Комото буркнул:

– Отведи его на тот конец.

Когда они вернулись на исходный рубеж, Комото повернулся к Джейку.

– Сейчас ты сможешь подтвердить свои слова делами. Только самурай мог одолеть Кеи Кизана. Только самурай мог проникнуть в Дом Паломника под самым носом Ничирена.

Джейк выбрал себе лук. Тоси дернулся было, чтобы помешать ему, но Комото остановил его жестом.

– Самурай должен владеть различными боевыми искусствами, - сказал Джейк. Киудзюцу - одно из самых важных. Но зачем мне говорить то, что ты и без меня знаешь?

Он выбрал стрелу с зазубренным наконечником, подошел к линии, откуда должна вестись стрельба.
– Не будет ли Тоси-сан так добр, чтобы качнуть мишень?

Решив, что итеки блефует, Комото дал знак своему охраннику выполнить требование Джейка.

– Но, оябун...

– Не думаешь ли ты, что я не способен защитить себя?
– рявкнул Комото. Делай, что велят, и возвращайся сюда.
– Комото повернулся к Джейку.
– При таком освещении и на таком расстоянии человек, учившийся у хорошего сэнсея, попадет запросто. Но это не может служить доказательством того, что Кеи Кизан не мог бы съесть его с потрохами.
– Он протянул руку.
– Ты должен попасть с вот этим на глазах.
– В его руке была повязка.

Джейк ее взял. Прежде чем принять вызов, он немного подумал, потом изрек:

– Очевидно, вы сэнсей в искусстве стрельбы из лука, оябун. Скажите мне, вы бы смогли справиться с Кеи Кизаном один на один?

– Без сомнения - ответил Комото.
– Твое невежество опять выдает тебя с головой, итеки. Ты что, боишься осрамиться?

Джейк не обратил внимание на последние слова.

– Я только думаю, что вас сможет убедить только такое искусство, которое вы только что продемонстрировали сами.
– Он пристально посмотрел в лицо оябуна.
– Не соблаговолите ли стать у дерева, где только что стоял я?

Лицо Комото побагровело от гнева. Этот выродок поддел меня дважды, подумал он.
– Причем, четко поддел. Я не могу ему отказать.

Оябун заставил себя расслабиться.

– Да, такое искусство могло бы убедить меня в справедливости твоих слов. Однако я вынужден настоять на одном условии. Тоси-сан будет стоять рядом с тобой, приставив пистолет к твоему левому уху. Если ты не сможешь повторить то, что сделал я, он вышибет тебе мозги.

Джейк видел, как улыбочка расплывается по лицу оябуна. Их глаза встретились. Джейк прочитал угрозу в глазах главаря якудзы. Но не только ее. Впервые он увидел в них еще кое-что: уважение. Пусть не безусловное, скуповатое, но явно искреннее. Первый плацдарм завоеван.