Его расстреливали практически в упор, однако бандит почти достиг их позиции и свалился на землю в десяти или пятнадцати ярдах от цели.

Он ткнулеялицом вниз и зарылся в кусты, но перед смертью все же успел бросить мачете.

Сверкнув на солнце лезвием, оружие зарылось в шею Ньюмэна. Англичанин уронил "итаку" и обеими руками схватился за рану.

28

В наступившей тишине послышалось вначале несмелое, а потом все более звучное чириканье птиц, примолкших при первых звуках боя.

Вэлин уронил на землю винтовку и поспешил на помощь Ньюмэну, но было уже поздно.

Бывший десантник вырвал мачете из шеи, и теперь из рваной раны мошной струей била кровь.

Вэлин закрыл горло раненого ладонью, но понимал, что зря теряет время. Ньюмэн умер у него на руках.

Полковник чертыхнулся и вытер окровавленную руку о мундир Ныомэна.

О'Рурк поднял помповое ружье, подошел к трупу колумбийского камикадзе и выстрелил ему в голову.

– Он отдал концы. Зачем стрелять?
– с укором спросил Вэлин.

– Отдал, но не все, - мрачно буркнул О'Рурк и выстрелил еще раз, наблюдая за тем, как бандит дернулся и затих.

– Пошли, Марк, - позвал его командир.
– Надо посмотреть, что там на ферме.

Они вернулись к дому, где узнали, что погиб Карлос, получивший пулю в сердце. Казалось, семью Дельгадо в тот день преследует злой рок.

Полковник рассказал о том, как погиб Мессельер.

– Надо бы похоронить наших мертвых, - предложил командир.

– Нужен священник, - тут же вставил Хезус.

– Никаких священников, Хезус, - возразил Вэлин.
– Прошу прощения, но это исключено. Мы похороним своих, бандиты пусть гниют в лесу, а потом нужно отсюда уходить.

Чем быстрее, тем лучше.

– Нет, - коротко отрезал Хезус.

– Простите, - вмешался О'Рурк, - но приказы полковника Вэлина не обсуждаются.

– Спенсер и Резник! Займитесь могилами!

Эйнджел, Келлер и О'Рурк! Пойдете со мной!

Надо принести Мессельера и Ньюмэна.

– Я сам вырою могилы для членов моей семьи, - твердо заявил Хезус.

– Как пожелаете, - холодно ответил Вэлин, и все отправились по своим делам.

Работу удалось завершить только к полудню. Каждый внес свою лепту, даже Гарсия, а Кармен и София тем временем приготовили обед. Теперь Велин взял на себя обязанности часового и все это время держал под наблюдением дорогу и небо. Он знал, что противник может появиться в любой момент и с самой неожиданной стороны.

Посматривая время от времени на своих солдат, потевших под жарким солнцем, Вэлин подумал, что ему уже не раз приходилось копать могилы. Хоронили аргентинцев на Фолклендских островах, в промерзшей земле, под жестоким ледяным ветром, дувшим из Антарктики, рыли могилы у Персидского залива, где хоронили местных жителей, ставших жертвами безумного режима в Ираке, и глубоко зарывались в землю в Британии, чтобы достойно похоронить солдат, погибших в Северной Ирландии.

Полковник прикоснулся рукой к шраму на своем лице, который постоянно напоминал ему о годах жизни, отданных службе своему отечеству, пока его не вышвырнули, как изношенный ботинок, когда власти посчитали, что больше не нуждаются в его услугах...

Казалось, все произошло только вчера. Белфаст. Рождество. Три года тому назад. Колонна машин возвращалась в казармы, где дислоцировался батальон, в котором он служил. Первым шел бронированный "лендровер" с пуленепробиваемыми стеклами и стальной юбкой, которая не позволяла забросить под машину гранату. За ним следовал темно-синий "ровер", набитый представителями Королевской полиции Ольстера в черных мундирах, а далее министерский "ягуар", в котором сидели Вэлин и некий политический деятель. Последний привез солдатам подарки и пожелания счастливого Рождества от избирателей, комфортно устроившихся в Англии. Колонну замыкал еще один "лендровер", ощетинившийся стволами пулеметов и автоматов.

Когда они проезжали район, населенный католиками, которые придерживались республиканских убеждений, то есть желали видеть на земле Ирландии единую республику, залетный политик повернулся к Вэлину и изрек:

– Знаете, здесь все не так плохо, как утверждают многие мои коллеги в Англии. К примеру, вот эти дома представляются мне вполне респектабельными.

Именно в этот момент передовой "лендровер" наскочил на мину, от которой его не могла спасти даже стальная юбка, и машина упала на бок, а темно-синий "ровер" круто повернул, чтобы избежать столкновения.

– Ложитесь, сэр!
– заорал Вэлин, одной рукой пригибая политика к полу машины, а другой выхватывая из кобуры "браунинг" калибра 9 мм. Водитель резко затормозил, и в это время они оказались под бешеным огнем из засады.

"Ягуар" тоже был оборудован пуленепробиваемыми стеклами, но они не могли защитить от огня из крупнокалиберного оружия. Вэлин вел огонь по вспышкам выстрелов, пока влетевшая в салон пуля не прорыла рикошетом глубокую борозду на его лице. Он потерял сознание. В передовом "лендровере" один человек был убит и двое серьезно ранены. Ольстерские полицейские отделались легкими ушибами, и не пострадал ни один из пассажиров замыкающего "лендровера". У министра позднее обнаружили незначительные порезы, равно как и у шофера "ягуара".