На следующий день в коридоре Шеффилдской школы я встретила Мэтта. Мучаясь угрызениями совести, я тупо глядела на свои ботинки.

– Привет, – окликнул он. – Что-то у тебя сегодня усталый вид. Неужели белка всю ночь спать не давала?

– Что-то вроде того, – пробормотала я.

Потом сделала нечеловеческое усилие, подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

– Твои щенки…

– Да, – сказал он. – Разбежались по всей квартире. Ни минуты спокойно не сидят, – он улыбнулся мне. – Может, все-таки хочешь на них посмотреть? Заходи после школы.

– Очень хочу, – сумела выдавить я, покраснев до ушей.

Его улыбка стала шире. У меня в груди появилось странное ощущение, не имевшее ничего общего с Сердцем Кондракара, а касавшееся только моего собственного сердца. Оно забилось как сумасшедшее.

– Тогда встретимся после уроков, – Мэтт махнул мне рукой и зашагал прочь.

У меня за спиной Ирма противным голосом затянула:

– А у Вилл свиданье, а у Вилл свида-анье…

Я толкнула ее в бок и велела умолкнуть. Но почему-то с моих губ не сходила довольная улыбка.