Тащили вниз, в долину, схватив за остатки отбитых рогов. Простреленные ноги волочились по камням, и с каждым ударом пульса из ран толчком выплескивались фонтанчики крови.

Из-за головы надвигалось мертвенно-зеленое свечение… Тучи над озерами?…

– Шеф! Не надо его к воде, и так очухался.

– Живучий, придурок…

Рога отпустили, и затылок с хрустом рухнул на камни.

– Ну чего, – сказал Пупс – Тогда давай прямо тут. Где у тебя был нож?

Леха дернулся, но тяжелый сапог врезал в живот, повалив обратно на спину. На вторую попытку сил не хватило, слишком много крови потеряла его аватара.

– Давай быстрее! А то он сам подохнет!

– Вот…

Перед глазами сверкнуло лезвие, причудливо расплываясь через пелену крови на глазах.

– Зря ты ему копыта отстрелил, – вздохнул Пупс – Ладно, на втором заходе будем по полной программе, а пока так, по-детски… Давно хотел попробовать, как чурки баранов режут…

Он склонился над Лехой, растопырил пальцы – и с размаху всадил средний и безымянный глубоко в нос, разрывая ноздри.

Переносицу обожгло. Мозг превратился в комок едкой горчицы, забившей нос, глаза, всю голову изнутри…

Леха взревел, мотнул мордой, вырываясь, но пальцы входили все глубже, до упора. Нажали, задирая голову назад.

Перевернутое лицо Пупса опустилось к самым глазам.

– Это тебе для затравки, паскуда. Не скучай, минут через десять опять свидимся. И снова расстанемся… И снова свидимся. Улавливаешь?

Где-то на краю поля зрения мелькнул нож, и под подбородком скрипнула сталь, продираясь между броневыми наростами. Шкуру коротко резануло – почти не больно по сравнению с тем адом, что творился в переносице и за ней, – и нож вошел глубже. Горло заполнило что-то теплое и густое…

Леха хотел вздохнуть, но не смог.

Воздуха! Хотя бы глоток воздуха!

В горле булькало, но вдохнуть никак не получалось. В легких стало тяжело и жарко. Там хлюпала кровь, вытесняя последние крохи воздуха. А нож рвался глубже, отпиливая голову от туловища…

По ушам ударил его собственный рев. Фыркающий, на остатках выдоха. И оборвался, едва родившись, – из легких вырвались последние крохи воздуха.

Но зато в груди вдруг стало легко-легко.

Леха с всхлипом втянул воздух – прохладный, свежий, чудный воздух.

Все тело мелко дрожало. От хвоста до передних ног. Теперь целые… Свежая аватара.

Перевернулся с бока на живот и вскочил, дрожа от напряжения. Где эти сволочи?! Рядом?!

Вокруг Кремневая долина, но теперь зеленовато светящиеся тучи и изумрудные зеркала озер были слева. Выкинуло к другому проходу. На южном конце долины…

На другом конце долины, едва-едва угадываясь в лунном свете, – две человеческие фигурки. У них в ногах гора плоти, из которой торчат рога…

Ноги сами собой напряглись, как перед броском. Иногда хочется убить – убить по-настоящему! Без всякой игры! И это чувство совершенно не пугает…

Не убить, к сожалению.

И даже не проткнуть рогами в игре… Леха скрипнул зубами. Мечты, всего лишь мечта! Совершенно несбыточные.

Это не Пупсик с Крысенком. Эти и стрелять умеют, и «бизоны» у них. Оружие специально для ближнего боя. Точность так себе, зато скорострельность почти как у пулемета, и пули тяжелые, девятимиллиметровые. В ближнем бою лучше, чем «калаши». И ногу отстрелят с первого попадания, да и броню пробить могут…

Крыс уже заметил. Поднял руку, указывая сюда. Без суеты, без напряжения, как в тире на жестяную уточку… Леха скрипнул зубами.

Пупс развернулся, досадливо дернул головой на Крыса – да заметил уже, хватит орать! – поглядел сюда… Леха прищурился. Эта сволочь еще и улыбается?! Да, Пупс усмехался. Перекинул «бизон» из правой руки в левую и ткнул пальцем на бычью тушу под ногами. Поднял руку над головой, показывая один палец. Ткнул в Лехину сторону и показал два пальца.

И, ухмыляясь все шире, поманил пальцем к себе. Ну да, сейчас. Все брошу и к тебе побегу, прямо под нож! Сейчас! Сволочь…

Скрипя зубами – нет ничего хуже бессильной ярости! – Леха развернулся и побежал прочь. Вдоль стены дальше на юг. Где-то здесь должна быть вторая расщелина, ведущая в пустыню.

Нет, ребятушки, второй раз не возьмете. Сейчас в пустыню, там уже не догоните сегодня…

Вообще не возьмете! Только бы до Гнусмаса вовремя добраться. Там Тхели, а за ней друзья Алисы…

Щебенка выскальзывала из-под копыт. Быстро не побегаешь. Леха оглянулся.

Пупс и Крыс семенили вдоль стены, догоняя. Но как-то нехотя. Расстояние если и сокращалось, то незаметно.

А впереди, в призрачно-серебристой под лунным светом стене, показалась черная трещина. Южный проход. За ним пустыня. Ни щебенки, ни предательских ловушек в камнях – лишь песок и дюны, где можно разогнаться, и ни один человек не угонится.