Вот и Азар покинул ринг, а за ним сдуло и Коэна.

— Похоже, нам надо выбрать капитана, — заметил Джеймс, когда мы, побитые и униженные, сидели на скамейке. — И собраннее, собраннее, ребята!

— Сссс таким хилом грога не ссссваришь, — отозвался Самизар, сверкая глазами. — Пока ешшшё не посссдно, мошшшно пересссмотреть соссстав. Кто «за»?

Резко откинув голову назад, я с глухим звуком впечаталась затылком в стену.

— Не гони, Коро, Анти — сильный хил, — Джеймс поднялся со скамьи. — Просто…

— … она твоя девушка, — закончила Линда, разведя руками. — И так всем ясно. Только без обид.

Джеймс не ожидал подобного выпада и, не найдя, что ответить, покраснел.

— Это был первый бой, — заговорил Азар, и я ударилась головой о стену ещё раз. — И оплошали мы все вместе. Разговор окончен.

— Решил покомандовать? — гоблин поднялся на ноги. — По праву рождения?

— Да и да, — отрезал орк. — Поговорим об этом позже. Держите себя в руках.

Мы условились встретиться в вестибюле. Но когда я выбежала из раздевалки, ожесточенно запихивая в сумку обувь и озираясь по сторонам, в зале перед выходом не было ни души.

— Они уже ушли, Анти.

Я вздрогнула и уронила кроссовок.

— Здравствуй, Инз.

Негурка отошла от стены и двинулась ко мне, изящно поводя тонким хвостом.

— С первым выступлением, — мягко сказала она.

— Да, пару секунд, кажется, — я подняла кроссовок и принялась пихать его в сумку, вымещая на этом предмете гардероба свою ярость.

Инз какое-то время наблюдала за моими манипуляциями, потом неодобрительно зашипела. Я застегнула сумку и, нахмурившись, глянула на подругу.

— Что?

— Ты разваливаешшшшшь свой класссстер.

— Приятно слышать, — я поспешила прочь.

В коридоре было душно, и у меня начинала болеть голова. Инз шагала рядом, видимо ожидая дальнейших излияний по поводу прошедшего боя, но говорить, даже с ней, мне не хотелось.

— Позволь дать тебе совет.

Я резко остановилась, отчего шедшая сзади Инзамар налетела на меня.

— Что случилось? — потирая лоб, недовольно поинтересовалась она.

Я чуть повернула голову.

— Прости, Инз. Я немного злюсь из-за сегодняшнего поражения. Дай мне побыть одной.

Негурка прижала руку к сердцу.

— Я думала, тебе нужна моя помощь, — оправдываясь, сказала она. — Ты…

— С кластером мне никто не поможет, — я поправила сумку, слишком большую для меня и поэтому все время соскальзывающую с плеча. — Может, по чаю?

— Идет.

В баре было пусто. По телевизору шли новости, в которых, как обычно говорили о новом обострении политической ситуации, о новом соглашении, о новом катаклизме, о старых террористах. В одном из репортажей корреспондент общался с Керцезом Эзрех Хагоном. Это был огромный темноволосый орк с почти черными глазами, говоривший резко и отрывисто, будто лая. Какое-то сходство с Азаром прослеживалось, но для меня все орки были на одно рыло.

— Мы будем продолжать совместную разработку урановых месторождений в пустошах Семи ветров до тех пор, пока не добудем интересующую нас информацию. С чисто научно точки зрения, эти месторождения представляют особый интерес.

— А как вы относитесь к акциям протеста, прокатившимся по государствам Совета? — поинтересовался корреспондент.

— Это вполне нормальная реакция. У народа должен быть свой голос. Одно могу сказать точно — угрозы экологии нет.

— Добыча урана может негативно отразиться на взаимоотношениях с внешними коалициями. Что вы можете ответить на это?

— Что мы вправе вести добычу полезных ископаемых там и так, где и как считаем нужным.

— Опасный тип, — произнесла Инзамар, обнимая ладонями кружку с чаем. — Ты бы видела, как он умеет воевать. Хотя, как я думаю, серьезных военных конфликтов мы не застанем. Слишком это опасно, при таком-то уровне вооружения.

— Хорошо бы. А то вдруг его сынок устроит диверсию.

Мы сидели за барной стойкой, попивая чай вприкуску со сладким пирогом и говорили о политике, когда внезапно двери распахнулись, и в бар ввалились Коро с Самизаром.

— Да чтоб вас, — пробурчала я.

— Из кластера?

Я кивнула, и уставилась на экран в надежде, что в пустом баре меня не заметят.

— А, вот и наш ссссуперхил, — завопил Самизар, навалившись на барную стойку.

Инзамар обернулась, сверкнув глазами.

— Сын гремучего таракана, перед тобой женщина!

— Прошшшшу прошшшения, — негур смутился, но тут же поклонился, приложив руку к сердцу. — Да услышшшить Девятиглавая слова мои и мольбу мою. Сашессу шарссс.

Гоблин недовольно уставился на спутника.