— Может, присядешь? — предложила я.

Нарома как-то странно посмотрела на меня, но всё же соблаговолила опуститься на стул.

— Дейс пишет о том, что жрецы открывали портал регулярно, думая, что это ворота в обитель Света, а с ними говорит верховное божество. Но как-то раз ритуал пошел не так, и вместо маленькой расщелины жрецы разверзли пропасть, раскрывшуюся сначала на Прэне, а потом и на континентах. — Азар пожал плечами. — Что взять с фанатиков.

— У нас поклоняются Свету до сих пор, — заметила я.

— И ты тоже?

— Скорее нет, чем да.

Нарома нахмурилась.

— Что значит «нет»? Свет — антипод Тьмы. В нем истина и вечность.

— Ваш заказ.

— Да, спасибо, — я отодвинула сыр. — У нас здесь не религиозный диспут. Перейдем к делу.

— Меня всегда поражала эта человеческая безалаберность, — проигнорировав мои слова, продолжала Нарома. — Вы что, возомнили себя великой расой? Живете меньше века, стареете, когда мы расцветаем, ничего не делаете для достижения совершенства.

— Не далее, как неделю назад ты развлекалась с нами в клубе, — напомнила я. — А теперь… на тебя снизошло озарение?

— Я… росла в религиозной семье, но предала идею, прилетев сюда, — Нарома грустно улыбнулась. — Вы оба открыли мне глаза.

Мы с Азаром переглянулись. Кажется, впервые мы сошлись во мнении.

— Эм… Давайте обсудим задание, — не унималась я. Хотелось поскорее отсюда свалить.

Версия назначенного мне автора была совершенно идиотской.

— Кламп считал, что портал открыли нарочно — один из жрецов искал поддержки у демонов, дабы получить власть.

— И кем был этот жрец?

— Я откуда знаю? Кламп не пишет. Он хотел восстановить былую мощь Жрецов и религии Света, призвав разбросанные по миру храмы присоединиться к зову. И вообще, всё, что было до Великой ночи и в ходе неё теряется во тьме. Это была грандиозная война… Или катастрофа…, — я аккуратно сложила листки. — Думаю, с меня хватит. Скажем то же самое Бонэсу.

— Интересно, с чего жрец взял, что демоны придут ему на помощь? — вдруг произнесла Нарома.

Я уже успела подняться из-за стола и недовольно посмотрела на неё.

— Наверное, он думал, что это некие божества. Интересно то, что они построили храм существам, которые едва не уничтожили планету.

— В наше время этим занимаются разумные расы, — Азар не сводил с меня глаз. — Поклоняясь всему, что приходит на ум, мы надеемся лишь на ракеты под нашими лужайками.

Какое-то время мы пристально всматривались в лица друг друга.

— Кто-то выпускает боеголовки, а кто-то — демонов, — я развернулась и пошла прочь.

Похоже, мы с Азаром почти нашли общий язык. А вот у Наромы слетела крыша.

Я опустила сумку на стул и принялась в ней рыться, стараясь избегать взгляда профессора.

— Это была небольшая… потасовка…

— Угораздило тебя устроить её на глазах у Бонэса, — Гранто что-то загружал на компьютер с маленького, черного диска. — Терпение Шнори имеет границы. Ещё одна выходка — и оно лопнет.

— Это вышло случайно, демоны! — я вытащила из сумки и положила на стол перед Гранто огромный том по теории абстрактных полей. — Вот.

Профессор бросил взгляд на книгу и вскинул брови.

— В свое время нам читали лекции по этому раритету, — Гранто любовно провел ладонью по растрескавшейся кожаной обложке. — С тех пор прошло много времени.

— Вы учились здесь?

— Да, — профессор раскрыл том, принялся его листать, но внезапно остановился и, ткнув пальцем в выделенный текст, улыбнулся, как будто нашел на старой фотографии друга детства. — Теория «болида» — двадцать лет назад её опроверг Кептур, а мы писали по её альфа-основанию дипломный проект.

— Не помешаю?

Я и Гранто оторвались от книги и обернулись. В дверях стоял Арельсар, как всегда, одетый в нечто невразумительное. Уж насколько я была неприхотлива в одежде, но и мне казалось, что кевту совершенно наплевать на свой внешний вид. Старые, выцветшие брюки, потертая куртка с меховым воротником, смахивающим на сдохшего от старости кролика, в руке — грязная сумка с порванным ремешком — ни дать, ни взять вылезший из мусорного бака гоблин-переросток.

— Под прикрытием работаете, офицер? — съехидничал Гранто.