– Муза может закапризничать в новом доме, – произнесла Джохари. – Как кошка. После того, как я переехала в Нью-Йорк, моя в течение недели каждую ночь мочилась на подушки.

Оскар выгнул бровь.

– Твоя писательская муза мочилась на подушки?

Джохари пропустила его слова мимо ушей.

– Мне было бы не по себе от этих зеркал. Если бы пришлось таращиться на свое отражение, я бы не смогла из себя ничего выдавить. Вдохновение бы покинуло меня!

Дарси повернулась к зеркальной стене и оглядела всю троицу. Над ней возвышались и Оскар и Джохари, из-за чего Дарси в своем голубом летнем платьице выглядела подростком.

– Они достались от школы танца, но если я их сниму, получится голая белая стена.

– Как и в любой другой нью-йоркской квартире, – грустно резюмировала Джохари.

– Знаю! – воскликнула Дарси. Там, в Филли, каждая комната в родительском доме имела свой характерный цвет: бледно-желтый на кухне, травянисто-зеленый в столовой и темно-фиолетовый в спальне Ниши: пережиток ее увлечения готами в двенадцатилетнем возрасте. – И чего здесь все так носятся с белым?

– Это выставочное помещение, – важно пояснил Оскар. – Нейтральный фон для всех людей искусства.

– Тьфу! – фыркнула Джохари. – Скукотища.

– Я вчера ходила в хозяйственный магазин, – усмехнулась Дарси. – У них есть целый отдел с белой краской, но там называется «лен», «мел» и «шлифованный рис».

Оскар рассмеялся.

– На моих стенах вроде бы «Дувр».

– «Частокол», – призналась Джохари.

– Пожалуй, я оставлю зеркала, – произнесла Дарси.

– Боже мой! Неужели мы пялимся на самих себя? – Это появилась Кирали Тейлор, чей приход Дарси не заметила. Теперь другие люди занимались домофоном и даже устраивали новоприбывшим экскурсии по квартире. Мокси готовила напитки, а Рея собирала деньги на дополнительное пиво и лед. Вечеринка вошла в колею, зажив сама по себе.

– Спасибо, что навестила, Кирали, – проговорила Дарси, и они расцеловались, как давние подруги.

– Восхитительная квартира! И очень удобная стена из зеркал!

– Их оставили здесь танцоры, – сказала Дарси. – Джохари думает, что мое отражение помешает мне писать.

– Собственное лицо отвлекает гораздо меньше Интернета, – возразила Кирали. – Кроме того, ты из трудоголиков.

Дарси улыбнулась в ответ на похвалу, но внутренне содрогнулась. Две недели назад Имоджен переслала Кирали первый черновик ее романа: достаточно времени, чтобы писательница уже прочитала книгу.

Дарси пыталась понять по лицу Кирали, понравился ли той роман или нет, да и вообще, бралась ли она за него? «Трудоголик»… что за дела?

– Кстати, я провела весь день в заботах о своем личике, – Кирали повернулась к зеркалам и поправила галстук, завязанный двойным виндзорским узлом. – Сегодня вечером фотосъемка, вот так.

– Ненавижу фото на обложках, – выпалила Джохари. – Не понимаю, какое отношение к истории имеет моя внешность!

– Более того, – Кирали в профиль смотрелась в зеркало, – мне нравилась моя старая фотография, но она понемногу отживает свое. Или, скорее, я.

– А еще ты на ней прикасаешься к лицу, – сказал Оскар.

Кирали его ущипнула, и Дарси недоуменно посмотрела на них.

– Осторожно, дорогая, – Джохари обвила Дарси рукой за талию, – когда тебя станут снимать для обложки книги, смотри, не прикасайся к лицу.

– Зачем мне прикасаться?

– Многие так делают, правда, неизвестно почему. Да ты сама, должно быть, видела такое, – Оскар принял позу мыслителя, упершись подбородком в кулак, – автор, отягощенный глубокими раздумьями.

– Один мой знакомый пробыл в подобной позе всю трилогию, – сказала Джохари, задумчиво погладив подбородок. – Как будто ему прямо перед фотографом пришла потрясающая идея!

– Ой! – Дарси повернулась к Кирали. – Вы приняли такую позу?

– Нет, я занялась внушающим благоговейный трепет массажем висков. Это произошло очень давно, у меня не было мудрых старших товарищей, которые бы меня спасли.

Дарси постаралась вспомнить обложку «Буньипа».

– А я всем сердцем влюбилась в то фото. Вы выглядите на нем такой умной.

– Я похожа на тех медиумов, что показывают по телевидению.

Дарси посмотрела в другой конец комнаты на Нэн и Рею.

– Издательство ведь не заставит меня делать фото на обложку? На множестве книг их нет.

– Хорошенькую молоденькую милашку вроде тебя? – покачала головой Джохари. – Склоняюсь к мысли, что это неизбежно.

Испытывая знакомое чувство уязвимости, Дарси уставилась на себя в зеркало. Не только ее слова будут размножены тысячи раз, чтобы все их взвешивали, обсуждали и поносили, но и ее лицо.