…и обнаружила, что пялится на желтый фон дневника Имоджен.

– Ни за что, – пробормотала она, но глаза уже читали первую строчку:

«После всех этих мучений, очередная сука!»

Дарси недоуменно заморгала: слова показались ей разрозненными и бессмысленными, буквы на экране напоминали пауков. Она прошептала предложение вслух, но даже не уловила сути. Тогда она выключила телефон и аккуратно положила его обратно на стол.

Привалившись к спинке дивана, Дарси закрыла глаза. Ее руку по-прежнему жгло в том месте, где она прикасалась к телефону. Как она могла сглупить? Прямо сказочный персонаж, которому требовалось следовать элементарному правилу, а он не справился.

Стоит повернуть ключ, и ты никогда не забудешь о том, что в чулане.

Дарси пыталась себя образумить. Ведь фраза могла относиться к кому угодно. Не было ни имени, ни других подсказок.

Однако Дарси Патель – единственный человек, которого Имоджен называет «мучением». А «очередная сука»? Это явно стиль Одри Флиндерсон.

– Нет, – выдохнула Дарси.

Понятно, почему дневники не предназначены для чужих глаз.

И тут до ее ушей донесся звук – приглушенное верещание неподалеку. Дарси вскочила и завертела головой. Звук не прекращался, и мгновением позже Дарси опустилась на колени, потянувшись сквозь клочья пыли, скопившиеся под новым диваном.

Она вытащила свой мобильник и четко произнесла:

– Да!

– Это Нэн Элиот.

– Простите, я хотела сказать, алло. Как дела, Нэн?

– Прекрасно. А у тебя, Дарси?

Она тяжело дышала. Сердце колотилось и грохотало, как барабан сушильной машины с кирпичом внутри.

– Хорошо.

– Я хотела спросить, как продвигается редактирование.

– Отлично, – проговорила Дарси, и собственный голос показался ей надтреснутым и дребезжащим. «После всех этих мучений…»

– Понятно, – Нэн замолчала: похоже, она почувствовала настрой Дарси. – Знаешь, сейчас крайне важно успеть в срок. Если ты опоздаешь, у нас не будет предварительных копий [118] на американской книжной ярмарке. Тебя уже внесли в график.

– Конечно, – Дарси поняла, что душ выключили. Она была не готова к столкновению с Имоджен. Отвернувшись от двери ванной комнаты, Дарси уставилась на крыши Китайского квартала. – Со мной проблем не будет. У меня все под контролем.

Повисло молчание. Дарси не убедила ни Нэн, ни себя.

– В смысле, – запинаясь, продолжила она, – я написала концовку. Просто… не одну.

– Интересно. Нужна помощь в выборе?

Дарси услышала, как открывается дверь ванной комнаты, и зажмурилась.

– Я сама решу, что делать.

– Страшновато, да? Выпускать свою первую книгу.

Дарси не представляла, что ей ответить. Ее охватил страх, однако хуже была неуверенность. Предложение из дневника Имоджен превратило все оплошности Дарси в преступления, стало трещиной в небесах рая для подростковых авторов.

– Я справлюсь, – сказала она.

– Я в тебе не сомневаюсь, Дарси, – заявила Нэн, – но я всегда говорю своим дебютантам: «Ваш первый роман – как первые отношения. Вы по-настоящему прочувствуете принятое решение лишь спустя год», – добавила она и рассмеялась. Дарси попыталась выдавить из себя улыбку. – И ты, скорее всего, запорешь концовку.

– Э-э, я… – промямлила Дарси хрипло. – Мои первые что?

– Ты помнишь свою первую влюбленность, верно? – спросила Нэн.

– Естественно.

– Еще бы! – рассмеялась Нэн. – Вероятно, у тебя она была не так давно, как у меня. Поэтому ты должна знать, что я имею в виду. Первая любовь – удивительная и чудесная, но в глубине ее таится нечто вроде страха. Ты вроде бы не понимаешь, что делаешь. Первые романы – из той же серии.

Дарси сглотнула. В ее горле застрял камень размером с наперсток.

– Как мне это исправить? Книгу то есть.

– Делай то, что можешь, но помни: твой роман не станет самым безупречным в списке твоих будущих произведений. Дарси, он даже не будет ни самым глубоким, ни самым продающимся. Кстати, будет действительно печально, если твой дебют станет пиком твоей карьеры. Мы в «Парадоксе» ждем от тебя отличных романов, Дарси, и нечто большего, чем эта проба пера.

– Но даже если мой роман у меня… первый, я все равно хочу, чтобы он получился.

– Само собой. К счастью, у тебя сейчас есть одна сверхспособность, для ее поисков не нужен опыт.

– Сверхспособность?

– Честность. Напиши самую искреннюю концовку.

Дарси прикусила губу. Она не хотела ничего заканчивать.

– Можешь постараться, например, ради меня? – спросила Нэн.

– А если хеппи-энда не выйдет?

Нэн на несколько секунд задумалась.

– Послушай меня, Дарси… в реальной жизни не слишком много счастливых концовок. Почему бы книгам не восполнить эту разницу?

Нэн повесила трубку, Дарси какое-то время постояла у окна с прижатым к голове телефоном, вполсилы притворяясь, что разговаривает. Разглядывая суету Китайского квартала, она постепенно взяла себя в руки и, наконец, ощутила, что способна дотащиться до кухни.