Шрифт:
Ньютоновский чувак номер один: Я хочу получить в United класс 100К. Ты уже 100К?
Ньютоновский чувак номер два: Да, еще осенью дали, сразу после Гановера! Ты представляешь, опаздываю недавно на рейс, женщина у стойки вбивает мою фамилию, смотрю на экран — а там вокруг моего имени долларовые значки! Как субтекстуально!
НЧ-1: Ух, здорово! (Судя по всему, искренне восхищен.) У меня, наверное, получится, если в следующие два раза меня пошлют в Японию на United. Ненавижу наш отдел путешествий. У меня теперь льготы в Alitalia, Northwest, JAL, Lufthansa, USAir, Continental, American и British Air. Жалко, что мы не летаем на Virgin Air! Это было бы круче всего.
НЧ-2: Мне нравится наборчик туалетных принадлежностей в British Air.
НЧ-1: Не, раньше было круче, все из магазина Body Shop. И все-таки Virgin Air лучше. Там у каждого свой экран для видеоигр. Можно рубиться в игрушки SEGA с другими пассажирами.
НЧ-2: По всему самолету? Или только в бизнес-классе?
НЧ-1: Не знаю. Наверно, только в бизнес-классе. Эх, было бы вообще классно играть с какими-нибудь подростками из другого салона! SEGA надо отправить маркетологов в рейсы, проводить исследования рынка в полетных условиях! (Хихикает.)
Мы с Карлой переглянулись и закатили глаза, хотя, надо сказать, они произвели на нас впечатление. APPLE! NEWTON! БИЗНЕС-КЛАСС! У меня нет льгот постоянного клиента ни в одной авиакомпании.
Лузер.
ПОНЕДЕЛЬНИК
В лексусе Анатоля на приборной панели есть вертикальная щелочка. Это держатель для кофейной чашки, который выскакивает и раскладывается, как оригами — флип-флип-флип, вжик-вжик-вжик — до горизонтального положения.
Вечером мы с Карлой съездили за кофе и остались в машине. Лучший момент дня. (Представляете, каким скучным был день!)
Шокирующий факт: я купил в магазине «Странности» (напротив Fry’s в Саннивейле), где продаются всякие компьютерные штуки, несколько красных «кнопок паники». Такие бутафорские кнопки, которые надо приклеить к клавиатуре и нажимать каждый раз, когда сходишь с ума.
Мне очень жалко эти никому не нужные кнопки. Паника кажется слишком устаревшей, тривиальной реакцией на жизненные перемены. В смысле, выразить негатив можно целым меню опций: уход из ситуации — распыление противника на атомы — апатия… Но паника? Тривиально.
Я написал Эйбу про уроки шиацу и странные взаимоотношения компьютерщиков с телом. Эйб ответил:
>Я знаю, что ты имеешь ввиду когда пишешь про тело. В Майкрософте все делают вид что тела не существует, главное — мозги. Ты прав, здесь тела делают невидимыми с помощью непривликательной нердовской одежды томми хилфигер или обобщают до предела шмотками из гэпа. Все сотрудники похожи на значки «мужчина» и «женщина» в аэропортах.
Сьюзен пригласили на работу в General Magic. Ее порекомендовал парень, с которым она болтала на хэллоуиновской вечеринке. Тодда позвали в Spectrum Holobyte. Сначала я не мог понять, почему, но потом Тодд объяснил, что его нашли в качалке.
В Долине часто встречается профессиональный каннибализм.
Оба предложения заманчивы, но Сьюзен вложила в «Ооп!» слишком много денег, а Тодд чересчур увлекся. С другой стороны, приятно знать, что, если «Ооп!» смоют в унитаз, у нас есть план Б. В «Ооп!» главное — не работа, а то, что мы все остались вместе.
ВТОРНИК
Сегодня мы обедали в Чайнатауне. На потолке в ресторанчике висели бумажные птицы, и один маленький мальчик захотел их потрогать. Отец поднял его повыше. Я сам не заметил, что все время смотрел на них и отключился от разговора, и только потом увидел, что Карла за мной наблюдает.
Время, время, ВРЕМЯ… Очень животрепещущий вопрос. Как деньги: если их нет, о них слишком много думаешь.
В последние дни Карла тоже много размышляет о времени. Сегодня во время шиацу, когда я распластался на животе, а Карла колотила меня по спине и бокам, ее бестелесный голос произнес:
— Восприятие временного потока находится в прямой зависимости от числа соединений человека с внешним миром. Технология увеличивает число соединений, тем самым изменяя восприятие «пережитого» времени. Зависимость здесь немонотонная. Есть точка экстремума, где количество технологии, которым владеет человек, увеличивает время, отведенное человеку на восприятие или переживание. Как будто в мозгу находится такой крошечный таламус в форме орешка кешью, который — тик-так! — дозирует время. После этой точки все хуже.
Эйб ответил на мои рассуждения о времени так:
>Если ты хоть раз использовал свой мозг на предельной скорости то уже не сможешь вернутся к МЕДЛЕННОМУ режиму. Нельзя сесть за руль Инфинити J-30 а потом даунгрейдиться до какой-нибудь дэушки. Мозг не так устроен.
СРЕДА
Сегодня утром отец пел «Дорогу в никуда». Майкл перепрошил ему мозг! Надо что-то делать.
Каждый раз, когда Анатоль становится слишком «европейским» и несносным — то есть слишком много жалуется — мы ему говорим: