Я устаю и выпрямляюсь.

– Хорошая попытка, – говорит Логан.

Я оглядываю реку и понимаю, что здесь мы – легкая добыча. Очень кстати. Лед может не таять еще несколько часов, а течением нас сносит назад.

Мы с Логаном и Беном обмениваемся напряженными взглядами: судя по всему, ни у кого нет идей.

– Может, попробовать якорь? – спрашивает Бри.

Мы все поворачиваемся и смотрим на нее. Она стоит, показывая куда-то пальцем. Проследив его направление, я вижу маленький якорь на железной цепи. Бри права. Классная идея.

Логан поднимает его. Меня впечатляет его сила: это не меньше пятидесяти килограмм сплошного железа.

– Отойдите, – говорит он.

Он подходит к борту, разматывает цепь и кидает якорь на лед. Слышится треск и я вижу, что лед разламывается на несколько частей. Логан делает это снова и снова, освобождая большие куски льда.

Он кидает якорь и поворачивается к Бри с улыбкой: Умница, – говорит он.

Я подхожу и обнимаю ее, она гордо улыбается.

– Даже не знаю, что бы мы, взрослые, делали без тебя, – говорю я.

Логан разбивает последние льдины и мы оказываемся на открытом пространстве. Мы движемся, хоть и медленней, чем раньше: Логан изо всех сил старается огибать плывущие льдины. Я стою рядом с ним, оглядывая горизонт.

– Видишь вон там? – спрашивает он, показывая пальцем.

Я щурюсь и вижу в отдалении, на берегу, что-то похожее на остатки заправки. Это маленький, полуразрушенный пирс с ржавыми бензоколонками. Похоже, когда-то здесь заправляли лодки. Он расположен на окраине развалин города, такого же разоренного, как и все города, что мы уже проехали.

– Я думаю, что надо попробовать, – говорит он. – Скорей всего, там пусто, но попытка не пытка. У нас почти нет топлива.

– Может быть рискованно снова подплывать так близко к берегу, – говорю я.

– У нас нет выбора, – говорит Логан, – Река вот-вот совсем встанет. Если мы и не найдем бензина, то хотя бы обшарим город.

Бри и Бен стоят рядом с нами и тоже смотрят туда.

– Есть возражения? – спрашивает Логан.

Все молчат. Наверное, это будет пустая трата времени, но он прав – выбора у нас нет.

Логан поворачивает к пирсу. Мы приближаемся к нему. Мое сердце бьется в ожидании и я молюсь и загадываю про себя, чтобы там был бензин. Хотя бы немного. Хотя бы литров пять. Хоть сколько-нибудь.

Давай.

Логан мастерски припарковывается у пирса. Он выпрыгивает, отчего лодка сильно раскачивается, и приземляется на платформе в полуметре от лодки.

Он поднимает ржавый пистолет, вставляет его в бак лодки и поворачивает рычаг. Мое сердце останавливается, когда я слышу полый свист. Затем наступает тишина.

Логан пытается снова и снова. Он пинает колонку. Но ничего не происходит: она пустая.

Мы отворачиваемся, нахмурившись. Мы все понимаем, что это значит.

– Что теперь? – спрашивает Бен.

– У нас нет выбора, – говорит Логан. – Нам нужно найти бензин. Нужно поискать в городе. Канистру бензина, что угодно. Можно даже откачать из автомобиля, если мы найдем какой-нибудь. Лодка пока бесполезна.

Он прав. Я знаю, что он прав, но признаю это с отвращением. Я не хочу покидать безопасную лодку, снова возвращаясь на берег. Но я знаю, что без бензина от нее не будет никакого толку.

– Так и поступим, – говорю я.

Я спрыгиваю с лодки, со стуком приземлившись на платформу, затем поворачиваюсь к Бри и помогаю ей выбраться. Бен мешкается, не желая оставлять лодку, но наконец спрыгивает и он, присоединяясь к нам. Логан достает и бросает якорь.

– А как же лодка? – спрашивает Бен.

Логан качает головой.

– Мы не можем взять ее с собой, – говорит он. – Мы могли бы оставить кого-нибудь на страже, но, боюсь, это будет пустая трата времени. Не беспокойся о ней, – говорит он. – Она бесполезна без бензина. Она никуда не денется.

Мы идем за Логаном в город и я оборачиваюсь через плечо, кидая на лодку последний взгляд. Не знаю, почему, но у меня в груди ноющее чувство, будто я никогда ее больше не увижу.

Мы идем по булыжнику, покрытому снегом, прямо в центр и я оглядываю постапокалиптический вид города, который открывается перед нами. Это самый большой город, что я видела за последние годы, он растянулся на десятки кварталов, которые заполняют все пространство на столько, на сколько хватает глаз. На обеих сторонах расположены полуразрушенные, выжженные изнутри остовы зданий. Царит полнейшая разруха. Это напоминает мне города после бомбежек во время Второй Мировой войны, которые я видела на фотографиях.