Дальше последовали ничего не значащие вопросы, на которые Антон отвечал очень пространно. Он понимал, что эти двое просто «тянут резину». Интересно, что они его не задержали для выяснения личности, а разговаривают прямо на дороге посреди леса. Чего ждут? Яснее ясного, что ждут они ни «чего», а «кого». Антон очень остро почувствовал себя безоружным. Очень часто не пистолет решает исход схватки. А еще у него вон приятель сидит рядом, с клыками, как у тигра, и весом человека. И с характером склочным и противным.

Со стороны города появились огни фар. Через несколько минут подъехала темная «Хонда» и пристроилась за полицейским «уазиком». Водитель выключил ближний свет фар и вышел из машины. Антон стал смотреть на него, Огр продолжал пялиться на полицейских в «уазике».

– Здравствуйте, – негромко сказал мужчина и без лишних предисловий взял из руки старшего лейтенанта паспорт Антона.

Лет за сорок… Большая голова с редкими и коротко остриженными волосами. Коренастый, с широкой костью. А еще была в нем властность, привычка повелевать, подавлять.

– Идем-ка ко мне в машину, – кивнул человек своей большой головой и пошел к «Хонде». – Идем-идем, не бойся. Это же полиция, а не бандиты.

Антон пошел, покосившись на Огра, который переместился на два метра влево. Как раз чтобы находиться между двумя машинами. И опять он больше смотрел на людей в форме.

Незнакомец открыл дверцу машины, и внутри загорелся фонарь. Сразу стало видно, что внутри никого больше нет. Это немного меняло ситуацию, и Антон сел в «Хонду», правда, не закрывая дверцы. Незнакомец усмехнулся и, протянув руку под потолок, еще раз посмотрел в паспорт и выключил свет.

– Так тебя зовут Антон? – спросил он. В паспорте в самом деле значилось это имя. Фамилия и другие данные отличались.

– Да, а что, есть сомнения?

– Нет, почему? – Человек улыбнулся нехорошей улыбкой. – Да и неважно это. Ты лучше скажи, чего тебе в Харитонове надо? Только без этой фигни про красоты природы и тому подобное. Скажешь правду – будешь жить хорошо. Соврешь – будешь жить плохо. Ну?

– Вы так спрашиваете, – решил сдаться Антон, – что невольно возникает ощущение, что у вас есть такое право. Хотя вы и не представились.

– А на хрена мне представляться тебе? – с каменным лицом ответил человек. – Ты никто, я сейчас для тебя – все. Понимаешь смысл этого слова?

– Улавливаю, – кивнул Антон. – Тогда так: я приехал по делам бизнеса. В таких местах, как у вас тут, иногда реализуются интересные проекты. А такие люди, как я, любят вкладывать деньги в интересные проекты. Не так, чтобы открывать акционерные общества, чтобы шампанское лилось рекой на презентациях, чтобы ленточки разрезать и тому подобное вытворять на потеху журналистам. А втихаря, для дела.

– Да ты что? – сделал вид, что искренне удивился человек. – Стало быть, ты деловой человек, бизнесмен? Вот счастье-то для нашей глубинки! А то я просто и не знаю, как мы все это время жили без тебя. Прозябали, можно сказать!

– Что-то не так? – теперь пришло время Антону сменить тон. – У вас имеются ограничения по передвижению людей? В чем дело, командир? Я понимаю, что боссы в такое время суток в такие места не ездят. И по ночным дорогам пешком они тоже не бродят. Давай остановимся с тобой на факте, что ты тут не решаешь, я там, откуда приехал, не решаю. Мы с тобой исполнители, поэтому губы не гни. Есть серьезные вопросы – решать будут наши боссы. Нет претензий – давай разойдемся как в море корабли.

Готовый к любому повороту в их беседе, Антон протянул руку и взял свой паспорт из руки незнакомца. Он выпустил документ без сопротивления, глядя на Антона с легкой улыбкой, полной затаенной опасности. Это чувствовалось, это ощущалось почти физически. Этот человек таких выходок в свой адрес не прощает. Он слишком самоуверен и самовлюблен, он явно полон комплексов неудовлетворенности. Он недооценен, он хочет быть хозяином, он мечтает об этом, он глотки рвать будет ради достижения этой цели. И других своих целей.

Портрет этого человека нарисовался в голове Антона за минуту с небольшим, пока они разговаривали. Но он рискнул и понял, что не ошибся. Такой человек уважать может только силу, оценить может только силу, а все остальное для него мелочь, пыль, прах.

Антон вытянул свой паспорт и неторопливо выбрался из машины. Огр мгновенно насторожился. Антон подошел, пару раз проведя по большой собачьей голове ладонью, и молча пошел в сторону поселка. Он готов был ко всему. К тому, что может прозвучать выстрел, может взреветь мотор и капот машины надвинется на него, чтобы припечатать к ближайшей сосне. Но ничего не произошло. Фары мазнули по стволам деревьев, а потом звук моторов двух машин затих вдали.