— Вот, слышал. — Михальчук по-дружески подтолкнул Митина в бок. — Здесь только один командир толковый имеется. Амер. Тот, который тебя с площади выводил. Мы теперь только его слушаем, а нашего глушим во избежание проблем. Не слыхать — и все. Пусть связистов вызывает для налаживания связи. Пока они налаживают, мы все задачи выполним. Все. Ребята, по коням. — Парень взглянул на часы. — Выдвигаемся левым флангом. Джин, давай ко мне. — Михальчук подтянул молодую женщину на БТР. — Поехали, поехали, Виталька. Заснул? Давай вон к тому бетонному забору у дамбы. Там пока и встанем. Оттуда недалеко до спортивной школы, где они засели, метров семьсот, я думаю. Гранатометом и автоматами не достанут, а с дамбы наблюдение вполне можно провести.

К забору приблизились спустя минуты четыре. Михальчук спрыгнул с БТРа.

— Я вон туда заберусь, — показал он на небольшое возвышение на дамбе, — позыркаю оттуда. Серега, давай за мной. Парамон, не расслабляться!

— Я тоже пойду. — Джин спустилась на землю. — Мне надо докладывать капитану.

— Там, мэм, опасно. — Михальчук пожал плечами. — Видишь, как она торчит, точка над забором. Они ее засечь могут запросто.

— Миха, гляди, амеры техники нагнали, — сообщил Коновалов.

Со стороны базы к площади у больницы Эль-Зара подтягивался десяток «Хаммеров».

— Там человек с сотню, не меньше.

— Это из дивизии Old Ironside, — объяснила Джин. — Майк вызвал подкрепление. Сейчас еще «Абрамсы» подойдут.

— Танки? — Михальчук сдвинул каску на затылок. — Война начнется.

— Прежде всего нам надо разведать цели, — напомнила молодая женщина.

— Ага. — Он кивнул. — Полезли. Парамон, пока за старшего.

— Есть!

«Хаммеры» Old Ironside выехали на пустырь правее украинских БТРов и развернули пулеметы в сторону площади.

— Так, чего там. — Михальчук пристроился на самом краю вышки, в тени. — Из стального листа сделана… Уже хорошо, — заметил он. — Если они нас увидят, то стрелковым оружием ее не пробить. Еще кто-то мешки с песком подтащил. Может, сами боевики, а мы попользуемся. Где они, голубчики? — произнес он, поднося к глазам бинокль.

— Что? — Джин присела рядом с ним.

— Мирных жителей в окрестностях нет. Значит, все по-серьезному. Вот вижу, ходит какой-то тип с автоматом прямо перед зданием школы. Платка или повязки на нем нет, но вряд ли просто погулять вышел. На крыше соседнего дома еще какой-то мужик. — Михальчук перевел бинокль чуть левее. — Работает активно, строя стеночку из кирпичей. Сдается мне, огневую точку готовит. Доложи своему…

— Герцог-6, я — Амари-3, — произнесла Джин по рации. — Докладываю обстановку.

Американский снайпер два раза выстрелил по указанным целям.

— Слышь, Миха, — снизу послышался голос Парамона. — Тут опять наш орет, тебя требует. Кричит, дескать, никому не стрелять, а лишь вести наблюдение.

— Так ты его успокой. Скажи, мы просто наблюдаем. Пусть валерьянки примет.

В воздухе послышался характерный свист, а спустя мгновение раздался взрыв — как раз между «Хаммерами» и позициями БТРов, за ним еще один. Вслед за этим вокруг «Хаммеров» взметнулись фонтаны песка, то есть автоматный огонь.

— Едренавошь, миномет, — сплюнул Михальчук. — Вон там, — он присмотрелся, — в верхнем окне. Вспышки!

Джин немедленно доложила о происходящем.

— О'кей, на девять часов миномет. Открыть огонь! — услышала она в наушниках голос Майка.

— Открыть огонь, — передала молодая женщина.

— Парамон, пали! — крикнул Михальчук вниз.

Загрохотал «Марк-19», к нему присоединились крупнокалиберники с «Хаммеров» и КПВТ с БТРов. Даже невооруженный глаз мог отметить, как в осажденном здании школы надуваются и оглушительно лопаются громадные огненные шары.

— Кто стреляет?! Кто стреляет?! — вопил по рации комбат Хмелев.

Одна граната попала прямо в окно. Изнутри повалил дым.

— Парамон, не останавливаться! Жми их! — кричал Михальчук.

С БТРа дали еще две очереди.

— Одну промазал, — констатировал Саня, глядя в бинокль. — Прошлась вдоль крыши, а вторая вообще молодцом, точняк в окно легла.

— Миха, нас только что обстреляли из проезжающей машины, — доложил снизу Коновалов.

— Садани по нему. Чего ждешь?

— Есть!

— Сколько раз говорить: стрельнули, а мы сразу в ответ. Нечего ждать и всю эту хреновину хмелевскую повторять да обсасывать.

Джин не сводила взгляда с окна, откуда стрелял миномет. Через несколько минут снова блеснула вспышка.

— Они все еще там!

— Где? Парамон, огонь! Огонь! Долго собираешься, мать твою!

— Вспышки в крайнем правом окне верхнего этажа.

— Он успел перебежать!

— Я — Амари-3, я — Амари-3, вспышки в крайнем правом окне верхнего этажа. Как поняли?