– А-а-а-а-а-а!!!
– с душераздирающим воплем, после которого визги нежити показались и вовсе пением дивных птиц, Валент захлопнула створки обратно.

Скорее интуитивно, чем осознанно продев сквозь резные ветки-ручки своё доказательство великого подвига, девушка бросилась обратно, суматошно крича о толпе вооружённых сероплащниках, мерзких рожах и неминуемой смерти. Говорила она это столь эмоционально и красочно, что впечатлился даже Снежев, особенно, когда в дверь забарабанили снаружи и тонкое лезвие начало гнуться под давлением извне.

– Тикаем, - коротко пискнула духовник.

Вняв этому чуть слышному, но полному внутренней силы призыву, чародейки слаженно метнулись к одному из окон, словно настолько понимали друг друга, что не нуждались в пустых словах. Валент, подхватив с пола ящик для артефактов, ловко запустила в исчерченное цветными вставками окно, что даже на беглый взгляд стоило хорошего жеребца, а Чаронит уже обламывала уцелевшие осколки. Не дожидаясь их полного извлечения, а, может, и не особенно в этом нуждаясь, Эл выпрыгнула на улицу, нетерпеливо подтягивая за собой Виля, что к идее бежать через окно отнёсся скептично, но сопротивляться такому напору не стал, тем более, что клинок уже здорово трещал, да и чары кто-нибудь из обитателей поместья в запале применить мог. Последней в оконный проём вывалилась Яританна, разорвав-таки штанину почти незаметным в раме осколком стекла, когда дверь поддалась напору и в захламлённый зал ворвались вооружённые защитники логова.

– Быстрей давай, нам ещё ступницу искать, - поторапливала Валент, едва не подпрыгивая от нетерпения.
– Тут полно этих угробьцев и...

Луч ослепительного света ударил в глаза, заставляя троицу беглецов невольно зажмуриться и отступить обратно к окну.

– Кто тут у нас? - кривовато ухмыляясь, пробасил заговорщик, с извращённым наслаждением усиливающий свечение притороченного к плечу артефакта.

– Примерно это я и имела ввиду, - шёпотом уточнила травница, пятясь обратно.

В оконный проём услужливо выставили ручной арбалет и несколько заговорённых копий. Чаронит издала невнятный всхлип, а Валент в сердцах помянула демонов в изрядном подпитии и вытащила из сумки так полюбившийся подсвечник за неимением более достойного оружия. После всего пережитого так просто сдаваться она не собиралась.

– Спокойнее, - Виль несильно сжал плечо рыжей воительницы, - спокойнее, я сейчас с ними поговорю, ведите себя тихо и естественно...

Перепачканный в трухе и крови парень примирительно поднял раскрытые ладони и с восхитительным холоднокровием сделал шаг навстречу нестерпимому свету. Он шёл медленно и уверенно, делая плавные, почти незаметные движения, чтобы не провоцировать нервных солдат. В лучах слепящего артефакта его прямая спина и горделиво расправленные плечи показались Алеандр весьма героическими и в какой-то мере жертвенными, как у героя древних баллад, что прикрывал собой вражеские артефакты, спасая товарищей. Слегка портили общий героизм пижамные штаны в сочетании с наручем, но для сложившейся ситуации это было простительно.

– Парень, - холодным и каким-то пробирающим до костей тоном начал свою переговорческую деятельность потенциальный труп, потому что от такой самоуверенности всадить болт ему в шею захотелось даже союзникам.
– Давай, сейчас ты поубавишь яркости и постараешься подумать...

Алеандр даже зажмурилась, чтобы не видеть, как не в меру наглого парня будут расстреливать, но дёрнувшийся было в окне стрелок почему-то не спешил спускать рычаг.

– Долго, - неизвестно кому недовольно бросила Чаронит и вскинула вперёд руку, всем телом поддаваясь следом за бледной синюшной кистью, словно зависая над землёй в неполной левитации.

Стелясь и извиваясь по земле, к её ногам потянулись серебристые нити тончайшего свечения, что почти растворялось в свете слепящего артефакта, теряясь в россыпи бликов и сполохов, струящихся по девичьему телу. Подобно круженью ночных созвездий яркие искры льнули к ногам, взбираясь к оголённым шее и запястьям, впивались в кожу с голодной жадностью. От их прикосновений непроизвольно сокращались мышцы, посылая раз за разом волны мелкой дрожи по рукам и телу. Отблески их света стекались к лицу и блестящими лиловыми ручейками плескались в радужке, постепенно заполняя глаза, пока почерневшие губы бесшумно повторяли заклятье. В безветрии взлетали у висков белёсые пряди, будто тело чародейки находилось в другом, оторванном от этого мира пространстве и лишь её подрагивающая проекция ещё цеплялась за остатки этой бренной реальности.

– Какого ...?
– ошарашено прохрипел Снежев, сквозь оцепенение оглядываясь назад и ощущая, как дыбом встают и его рваные пряди.

С глухим свистом слетел с ложа смертоносный болт, круто уходя куда-то в переливчатый купол под звук падения тяжёлого тела и дребезжание выроненного оружия. Вслед за ним слепящий луч дрогнул и взметнулся ввысь сигнальным огнём, чтобы, трижды мигнув, погибнуть под каблуком воровского сапога. Теперь сияние девичьей фигурки стало отчётливее, как первый снег в темноте ноябрьской ночи. От вспышек искорок после столь резкой смены освещения рябило в глазах. К обутым в нелепое рваньё ножкам, что, казалось, парили над землёй, уже тянулись нити из-под стен, огибали здание и ползли из темноты леса, а губы всё продолжали двигаться.

– А-а-а-а!!!
– пронзительно завизжала Алеандр, первой опомнившись от завораживающей картины запретного чародейства, и по-кошачьи прыгнула на сияющую фигуру, вшибая в землю экзальтированную подругу.
– Ви-и-иль, твою налево, что стоишь, как истукан! Помогай!!! Я тут одна не справлюсь.

Духовник или точнее некромантка под ней особенно не вырывалась, но сильно дрожала и искрила, как бракованная шутиха в праздничной ели. И, хотя новых нитей к ней больше не цеплялось, те, что успели пробраться под кожу, колобродили с отменной яростью.